Пасынки Луны. Часть 2

– Какое еще, в астрал, нападение на офицеров?!»

«Меня в тот момент рядом не было, сударь. Доступом, чтобы покопаться в памяти Светланы Игоревны или Марии Михайловны, я также не располагаю. Наберитесь терпения: девицы живы и здоровы, через считанные минуты они будут здесь – и, вероятно, сами вам обо всем в подробностях поведают».

– Что ж, подождем, – заключила за меня Воронцова.

Ждать и впрямь пришлось недолго – минуты три-четыре – но призыву духа набраться терпения я все же не внял и, не усидев на месте, в какой-то момент дернулся навстречу Светке с Машкой, однако уже в дверях столкнулся с князем Хилковым.

– Еще раз напоминаю: с этажа ни на шаг! – строго проговорил девушкам Хилков. – Не подведите меня, а то ведь пойду под арест вместе с вами!

– А что, втроем веселее! – с беззаботностью – похоже, все же нарочитой – усмехнулась «длинноножка».

– Мария Михайловна! – укоризненно посмотрел на нее князь.

– Простите, Иван Иванович, хотела пошутить, – потупилась Муравьева, которую, вообще-то, обычно не так уж и просто было сбить с разухабистого настроя.

– Дошутились уже! – хмуро буркнул Хилков. – Милостивый государь, милостивые государыни, честь имею! – и с этими словами он удалился восвояси.

Тем временем Светка молча уселась на кровать. А Машка, рассеянно оглядевшись, приметила на столике остатки вина на донышке пузатой «литрушки» и сложила пальцы в комбинацию левитации, явно намереваясь припасть к живительному напитку – однако задуманное ей не удалось: бутыль даже не дрогнула.

– Тьфу ты! – скривилась «длинноножка». – Вся магия у Оши осталась!

С недовольным видом она сделала шаг к столику, но, сообразив, что нужно гостье, мелкая уже ловко подхватила бутылку и пустой бокал и отправила их по воздуху к Муравьевой.

– Держи!

– Благодарствую, – кивнула Машка, небрежно поймав бутылку, но проигнорировав бокал.

С пронзительным «чпоком» выдернув белыми зубами пробку, «длинноножка» припала губами прямо к горлышку и в два глотка допила вино.

– Оставь и мне капельку, – запоздало попросила ее Каратова.

– А у вас что, больше нет? – осведомилась Муравьева, виновато опуская руку с пустой бутылкой.

– Есть! – я торопливо выудил из-под кровати непочатое «Воронцовское».