Сага о халруджи. Книга 4. Последний исход

– Бог, отвергающий свою паству, звучит нелепо, – усмехнулся Арлинг. – Похоже, на самоубийство. Кем бы ты стал, Нехебкай, если бы не они? Надеешься, что Подобный завершит Второй Исход и наделит тебя силой, которой у тебя никогда не было? Прости, Индиговый, но ты плохо знаешь людей. Они сражаются не за богов, а за себя. Выбрав Подобного, ты станешь куклой в храме, наряженной в цветные бусы. Каждое утро он будет поливать твою голову кровью, но лишь потому, что ему нравится ее запах. У богов все просто, у людей нет.

– Ни в первой, ни во второй септории нет смысла, и никогда не было! – неожиданно громко прошипел Нехебкай, брызнув в лицо Арлинга ядовитой слюной. Ничего не почувствовав, Регарди решил, что Изгнанный, по крайней мере, был прав в одном. Он уже умирал, а мертвые не чувствуют боли.

– Подобный или Скользящие – никто из них не имеет значения. Разве скала ощущает пыль, которую несет ветер? Я живу везде и нигде. Легенда об Изгнанном придумана серкетами, чтобы спрятать мою тайну от себе подобных.

– Не знаю, как там у богов, но у людей гнев – это то, что позволяет убивать врагов, – ответил Арлинг, с удивлением отметив, как стало легко подбирать слова. Тело уже не отвлекало его глупыми желаниями плоти. Жажда, голод, страх и сомнения превратились в прах, который подхватил и унес ветер.

– То, что однажды взяли люди, доступно только людям. Ведь поэтому ты не можешь вновь обрести солукрай, верно?

Рычание Нехебкая было лучшим ответом.

– Я не могу отдать солукрай, – решительно произнес Регарди, чувствуя, как крылья свободы пробивают доски гроба, увлекая его наверх, к небу. – Но знаю, как тебе помочь, бог.

Смех Индигового был едва слышным, но от него шевелились волосы, и нехорошо щекотало в горле.

– И что же ты хочешь за свою помощь, человек?

– Вытащи меня отсюда. Убери змей, раскопай яму и открой гроб.

На этот раз Нехебкай смеялся громче. Септоры, которые успели вновь расползтись по ящику, в страхе сжались вокруг него, сдавив так, что он едва мог дышать. Это было странное ощущение, ведь мертвому не нужен был воздух.

– Зачем тебе наверх? – спросил Индиговый, насмеявшись. – Тебя там никто не ждет. Ты больше не халруджи, Сейфуллах освободил тебя.