Я - палач

— Ты думаешь, что можешь так просто нагло сидеть передо мной и угрожать мне гранатой? — спросил Молотобоец.

— Да, — я наколол на вилку фрикадельку.

В левой руке я всё так же держал ребристый корпус небольшой, но тяжёлой гранаты.

— А у тебя стальные яйца, — сказал он.

Падре расхохотался. Я смеяться не стал, опасно, когда ешь. Если подавлюсь у всех на глазах, это будет очень позорная смерть.

Вчерашней девушки в коротком платье здесь нет. Посетителей, кроме этих вооружённых громил, тоже нет. Ну, тем проще. Резня будет быстрой, но кровавой.

А рядом со стойкой, где один из бандитов держал нацеленный на меня автомат, на стене были две большие белые кнопки. Такие же стояли у нас в комнатах.

Лин пытался мне объяснить, почему загорается свет, если нажать на неё. Я не понял ничего, просто сказал, что это магия, чем обидел парня до глубины души.

Но мне плевать, как это устроено. Главное, что есть две кнопки и две стеклянные светящиеся лампы, висящие под потолком.

— Спасибо, падре, — сказал я. — Теперь можно и к делу.

— Приходил посланник от Отца Гронда, — ответил он, сверля меня тяжёлым, неприятным взглядом. — Отец Гронд приказал, чтобы мы закончили работу. Но мне и не нужно напоминание. Ты напал на моего человека, — он кивнул на стоящего в сторонке Габриэля. — А так делать нельзя.

— Ты очень уверенный в себе человек, — я постучал гранатой по столу. — Только учти, если твои головорезы будут и дальше в меня целиться, я занервничаю и уроню.

— У тебя кишка тонка, — Молотобоец засмеялся, но сделал знак рукой.

Оружие они опустили.

— Только что говорил, что у меня стальные яйца, — сказал я. — А сейчас, что у меня кишка тонка. Вообще… мать вашу!

Я сделал вид, будто граната начала выскальзывать у меня из рук. Молотобоец выпучил глаза, а кто-то из стрелков бросился под зелёный стол с шарами.

— Успел, — я хмыкнул. — А ведь могла бы и взорваться.

Испугавшийся автоматчик вылез наружу под осуждающие взгляды коллег.

— Я пользовался другими, — сказал я. — Они были пороховыми, с фитилём. У меня бы не очень получалось угрожать такой. Фитиль бы догорел, и пришлось бы выбирать. Жить или сдохнуть. А с этой проще. Пока я её держу, ты жив.

— Не боишься умереть? — Молотобоец усмехнулся.

— Мне уже доводилось умирать. От ножа в спину, ещё и после проклятья.