Неудачники

Развеселая группа разудалых наемников ела, пила, веселилась, шумела и вовсю радовалась жизни. Для полноты ощущений им не хватало женской компании, на что то и дело начинал сетовать крепкий усатый ветеран с кривым шрамом через раскрасневшееся лицо, но остальным пока хватало и стола с разносолами. Все ветеранские порывы отправиться на поиск легкодоступных дам успешно пресекались его сотоварищами.

Старший дружинник — Луций Гракс — пусть и общался с «племяшом», а все равно поглядывал в сторону наемников. При этом в его мимолетных взглядах мелькала настороженность: кто знает, что они сделают, когда хорошенько напьются и море станет им по колено?

— Эх, дядька, знал бы ты, как я рад, что оказался в дружине, — голос молодого наполняла радость пополам с гордостью.

— А уж мать твоя как рада… — в голосе старшего энтузиазма не ощущалось, больше скепсис. — Не понимаю я, зачем ты сюда полез. Жил бы себе дома, работал бы на земле, матери б помогал. Дело-то нужное, полезное. Нет, в столицу сбежал, в дружину вступил.

— Ты не понимаешь! — В глазах Иджика промелькнуло раздражение. — Матери найдутся помощники. Юстин и Симка уже взрослые совсем: за домом присмотрят, по хозяйству помогут. Симка вон какой вымахал — все девки на него заглядываются.

— А на тебя и не смотрят, — хмыкнул Луций Гракс.

— Не смотрят! — В ответе младшего прозвучала обида, но тут же сменилась наивной мечтательностью. — Но теперь-то я в дружине! Теперь!.. Ух! Теперь!

— Ты ради этого в дружину княжескую решил вступить? — с укоризной произнес старший.

— Не для этого!

Возмущение показалось Рэму нарочитым: может, внимание девушек и не было главной причиной для вступления в княжескую дружину, но одной из них точно являлось.

— Я вступил для того, чтобы защищать родной край от врагов и чудовищ, чтобы никто не смел сжигать села, а дороги в любое время дня и ночи оставались безопасными, чтобы…

— Ох… — громкий выдох Луция заставил замолчать племянника.

Иджик Мокрец нахмурился, выждал немного, убедился, что Луций увлекся пережевыванием капусты и продолжать не торопится, и спросил:

— Дядька, ты что-то хотел сказать?

— Не-не, — дядька покачал головой и рыгнул. — Ты продолжай, продолжай.