Неудачники

Тот же Кевин, но с точностью до наоборот. Собери их воедино, а затем раздели надвое — получишь двух нормальных людей. Вряд ли Морт могла реально оценивать происходящее, раз с интеллектом ей так не повезло.

При этом она жила, радовалась жизни, называла себя монахом и ни о чем не жалела. К убитому в первый день волку присовокупила парочку новых, и какой-то добрый человек сшил ей короткую куртку. Пара диких свиней чьей-то добротой превратились в кожаную юбку. Холщовые обмотки, перевязанные полосками из кожи, прекрасно заменили сапоги.

Клыки волков стали простеньким ожерельем.

По словам Кевина, Морт жила в каких-то катакомбах рядом с городом. Очистила их то ли от крыс, то ли еще от какой-то мелочи и прекрасно устроилась. Зато над ней не висел долг перед князем: медальон с головой быка до сих пор украшал мощную шею Морт, и она могла вернуть его в любой момент.

Странная женщина. Странная жизнь. Теперь вот помогать Кевину взялась. Интересно, это она нашла его или он ее?

Рэм еще раз взглянул на закрытую лавку перед собой, на зеленый навес из дорогой на вид ткани, на дубовую дверь, на широкие окна.

Стекло могло бы блестеть на солнце, но его зачем-то замазали мылом. И сейчас все, что находилось внутри, размывалось, превращаясь в странную пугающую круговерть. Буквы над навесом складывались в слова: «Самое важное». Странное название для лавки. Рэм с трудом мог представить, что могло стать для него самым важным. Еда? Оружие? Снаряжение? Так лавка не походила на те, где торговали чем-то подобным.

— Привет, дружище! — резкий возглас прервал раздумья Рэма. — Чего стоишь? Тоже думаешь, что там будут продавать?

— Зарин? — удивился Рэм.

Смуглый ученик Старого Фарада красовался в новенькой, отполированной броне: калантарь, поножи, наручи. Не полный доспех, но для щитовика более чем достаточно.

— А ты здесь какими судьбами?

— Наша группа в поход собирается, и я забежал расходников прикупить, — не стал таиться Зарин. — Ну так что? Что в этой лавке продавать будут?

— Даже не знаю, — пожал плечами Рэм.

— Никак не могу понять, что может быть самым важным.

— А я знаю! — уверенно произнес Зарин. — Здесь будут продавать магические артефакты. Ну, сам подумай, что может быть важнее? Не всякий же хлам, место которому в выгребной яме.

— Может быть, — проявил дипломатичность Рэм. — А ваша группа, смотрю, не бедствует?

— А то! — Зарин горделиво провел по груди рукой и снисходительно взглянул на рубаху Рэма.