Воин Ордена. Запад

- Князь Вяземский, Ваше Величество,- поклонился он.

- Вот господа, берите пример с князя, а то нахмурились, нахохлились, как птенчики порвем мы ту Баварию, в пыль раскатаем, а потом будем решать нужна нам эта страна или ее Германии продать, я пиво немецкое никогда не любил,- проговорил им вызвав улыбки на лицах.

- Ваше Величество, могу я принести вам присягу как императору Российской империи?- спросил стоящий рядом со мной князь Вяземский.

Я посмотрел на него внимательно, посмотрел и истинным зрением, нормальный человек, сердечко пошаливает у него.

- А дворянского собрания дождаться не хотите? А ну как не утвердит меня наше много мудрое дворянское общество?- спросил его.

- Утвердит, некуда ему деваться, обществу этому, а для меня вы истинный император и по роду и по заслугам,- ответил он опять поклонившись.

- На магическом мече теперь присягу приносить все будут, ну кто решиться. Потому как карать за нарушения не я буду, а сам свет, стихии магические,- все внимательно слушали, а когда я материализовал меч, многие побледнели.

Наверняка многие откажутся, и сразу будет видно кто есть кто, отличная идея клятва на моем мече. Князь Вяземский встав на колено взял меч в руки и произнес формулу клятва на верность империи и императору назвав мое имя, меч полыхнул, но князь не полицейский из Праги, даже не вздрогнул.

- Клятва принята стихией света,- произнес я, осмотрев всех, кто-то отводил глаза, я их запоминал.

За Вяземским подошел еще один князь, представился.

- Князь Долгорукий,- также встал на колено и принял меч, произнеся клятву он склонился лбом к мечу и когда меч полыхнул, принимая клятву, все ожидали увидеть обожженный лоб, но ошиблись, князь начал стремительно молодеть.

- А почему я не помолодел?- обиделся Вяземский.

- Магия,- сказал ему улыбнувшись - князь Долгорукий коснулся меча лбом, доверяя ему себя и получил ответ.

После кинул в Вяземского светлячка со словами формулы, да пребудет свет с тобой.

Если Долгорукий изначально был могучим как дуб, то сейчас стал еще шире в плечах, волосы отросли и потемнели, а то были седые патлы с залысинами, кожа помолодела.

Вяземский же был не очень высокого роста, чуть ниже меня, видимо в юности был стройным и веселым балагуром, сейчас же превращался в стройного мужчину лет тридцати, со спокойны выразительным лицом художника или поэта. Волосы у него оказались светлыми, а глаза голубыми, смешливыми, этот человек сразу вызывал симпатию.