Исправительная академия (Оболенский, том 1 и том 2)

Видимо, с обращением я накосячил. Однако Великий князь не подал вида.

— Прошу, займите место за столом.

Брат Луций, которого я не ожидал здесь видеть, отодвинул передо мной стул, и я устало рухнул на жестковатое сидение. Да уж, восстанавливаться придется долго. Видимо, на этот раз организм решил наказать меня за столь безрассудное использование наших ресурсов.

Я внимательно оглядел собравшихся. Глеб Алексеевич восседал во главе стола. По левую руку от него расположились служители Ордена — старуха Друзилла, брат Луций и еще один мужчина преклонных лет, которого я не знал.

По правую руку, видимо, разместились «силовики» — я узнал подполковника Самойлова, а рядом с ним восседал мужик, словно спрыгнувший со старинного портрета: с роскошными седыми бакенбардами, пышными усами и густой, но аккуратно подстриженной бородой. Седой как лунь. И, судя по выправке, дедуля был из старой школы. Он внимательно следил за мной, но не сказал ни слова.

Я расположился третьим в этом ряду, рядом с Самойловым и напротив Луция.

— Что ж, первым делом я хочу выразить вам благодарность, Владимир Андреевич, — улыбнулся Великий князь. — Без вашего вмешательства, боюсь, операция бы не состоялась. Однако теперь у нас наконец-то есть возможность донести до государя всю важность ситуации. Теперь мне есть с чем к нему идти.

Я кивнул с робкой улыбкой.

— Счастлив помочь.

— Валерий Карлович, — обратился Великий князь к Самойлову, — Пожалуйста, доложите последние новости.

Подполковник хотел было подняться, но хозяин дома жестом попросил его остаться на месте.

— Новых потерь, к счастью, не зарегистрировано. Трое погибших из отделения, — он поднял на меня глаза. — Увы, среди них наш связной Роман Афанасьев, который проинструктировал его сиятельство.

У меня внутри все оборвалось.

— Роман... Но как?

— Попал в ловушку при пожаре. Вытащить вытащили, но скончался уже в больнице. Надеялись, справится, но... Также десять погибших среди гражданских, в том числе трое охранников и четверо надзирателей.

Великий князь кивнул.

— Разумеется, о них и их семьях позаботятся. Что по другому вопросу?

— Баранов продолжает говорить. На оправдательный приговор, разумеется, не наговорит, и я буду настаивать на процессе по всей строгости. Однако у нас есть зацепка.