Исправительная академия (Оболенский, том 1 и том 2)

— Господа, вынужден попросить всех вас отвернуться. Токсины должны выходить... самым естественным образом...

— Ой...

Мансуров залился краской. Да уж, действительно, условия у нас были... ну не самые галантные.

— Катерина, знаете, что это?

— Утка...

— Тогда вы наверняка знаете, что нужно сделать. Не переживайте, я тоже отвернусь. Стыдиться тоже нечего. Уверяю, вам станет гораздо легче...

Мы поспешно отвернулись, стараясь не обращать внимания на происходящее позади. Ну я-то вдоволь поработал сиделкой с матерью.

Меня таким не напугаешь. А вот девчонке наверняка было ужасно неловко. Зато после таких совместных приключений можно уже вообще ничего не стесняться.

Лекарь уложил девушку обратно и вышел — очевидно, чтобы избавиться от токсинов окончательно.

— Можно смотреть, — смущенно проговорила Катерина. — Извините...

А ей и правда стало гораздо легче. Щеки и губы порозовели, и на фоне буйных рыжих кудрей и бледной кожи это смотрелось свежо и очень симпатично. Зря лекарь не считал Катерину красавицей — данные у нее были что надо.

Просто хотелось посадить ее на диету повышенной калорийности, почаще выводить на воздух и под солнышко. Через месяц вообще расцветет.

Она улыбнулась и жестом попросила меня подойти.

— Как ты?

— Уже могу думать. Это хорошо. Они не хотели, чтобы я могла думать и концентрироваться. Но сейчас я даже могу заглушать какие-то голоса и выделять другие...

— Как ты вообще живешь с этим вечным шумом в голове?

— Ну... Дар не выбирают. К тому же нас с тобой вообще никто не спрашивал.

Тьма никогда не спрашивает тех, кого выбирает...

Я поперхнулся слюной.

— Тьма? Это у тебя тоже Темный дар?

Хотя глаза... Я же видел, какими становились ее глаза, когда она «ловила» нужный голос. Но если это Темный дар, то Катерину наверняка должны были отдать в Орден. Насколько я понял, с такими способностями одна дорога — только туда.

Сейчас не хотелось думать о том, что и меня ожидала эта дорожка. Потом разберемся, сперва бы дожить.

Катерина понимающе улыбнулась.

— Меня и забрали вниз потому, что я слышу Тьму. Они думали, что я научусь задавать ей вопросы и получать ответы, которые нужны им. Но это так не работает. Тьма всегда сама решает, что мне сказать. Они пытались заставить мой дар работать на себя, но...

— Ничего у них не вышло, — кивнул я. — Но Тьма... Или этот голос. Короче, оно сказало тебе про Софию, надзирательницу. Получается, для Тьмы это важно?

Катерина слабо пожала тощими плечами.

— Я не знаю, Володя.