Новая жизнь. Том I

Да и даже мне Хан не говорит, куда мы отправимся в очередной раз.

— К ним. — Хан, как и перед этим, был очень немногословен.

— Еще раз извините моего друга. Он имеет в виду, что мы отправимся к ним на планету, — на что Хан только утвердительно кивнул. — Что же, тогда… если вдруг вы каким-то образом сможете попасть на луну, то там сохранились наши знания. Возможно, они вам пригодятся.

— Туда так легко попасть? — я усмехнулся.

— Кто знает, как сложится ваша жизнь. Это зависит только от вас.

— Осталось десять минут.

— Он что, робот?

— О-о-о, нет, конечно; Хан — энергетический нанотехнологичный биоорганизм с сознанием человека. Другими словами, любой робот в разы слабее его, — улыбнулся профессор. — Как пример, в вашем режиме импульса он может спокойно двигаться.

— Тогда почему он сам не убил архидемона?

— Если бы убил я, то пришли бы боги. Если кто-то другой — открывают еще один портал. — Надо же, Хан умеет говорить целыми предложениями!

— То есть меня использовали.

— Видимо, Хан решил, что знание — достаточная плата за такое использование, — пожал плечами профессор.

— Соглашусь, ваши знания того стоят. Пока есть время, еще пара вопросов. У меня заблокирован источник; вы знаете, как это снять?

— У архидемона в сумке найди темно-синий амулет с красным кристаллом. Прислони к груди и активируй. В течение двух суток блокиратор исчезнет, — разродился Хан целой тирадой.

— Фея рассказала мне, что они получают ману из эфира, а сам эфир — это антиматерия или темная материя.

— Времени развернуто объяснить уже нет. Но если кратко, то да, феи преобразуют энергию эфира в ману. Но антиматерия — это абсолютно другое. Насчет темной материи — мы так и не смогли опровергнуть или доказать эту теорию. А вот ваш пространственно-временной континуум — это то же самое, что и эфир.

— Время. Обратно доберешься сам.

Сказав это, Хан взял с постамента устройство. Профессор исчез. Хан надел на ходу шлем и побежал на выход.

Как только мы вышли наружу, Хан активировал свой хамелеон. После чего побежал в сторону крепости. Я очень быстро отстал от него, но забежав на холм, остановился. В трехстах метрах от меня открывался разлом. Это было потрясающее зрелище. Посреди воздуха, на высоте метра три, висела кроваво-красная трещина почти двадцать метров в длину, которая начала растягивать само пространство.