Имперец. Земли Итреи

Лишь сделаю вид, что бегу прочь, на случай, если на меня сейчас глядят с какой-нибудь окрестной скалы любопытные глаза. Это не сложно.

Когда стало окончательно светло, а солнце поднялось высоко, меня всё ещё никто не потревожил. Удачный день. Будь такими все, глядишь меня и не довели бы до отчаяния и предела.

Оглянувшись последний раз, я просто спрыгнул вниз, в ущелье, Рывком ушёл раз, другой и замер в небольшой пещере. Камень надо мной светлый, отлично скроет уже плохо видимый луч метки. Полдень близко.

Вход в пещеру перегородила формация.

Наконец-то в ход пошло всё то, что я месяц за месяцем таскал в кисете. Если память меня не подводит, то это трофей ещё от Саул. Формация не только гасит звуки из пещеры, но и окрашивается под цвет камня, которого касается. Не каждый сумеет понять, что перед ним обманка.

Следующим в камень вонзился Флаг Сотни Убийств. Кто-то же должен принять на себя первый удар и дать мне время вернуться из себя.

Всё это, конечно, не полноценная медитация, как на водопаде, где я даже не замечал течения дней, но концентрации для того, чтобы вытянуть нить из сгустка силы Виостия с каждым разом требуется всё больше и больше.

Настоящий мир словно покрывается дымкой, отдаляется, становится еле слышимым.

Но зависит, конечно, от того, как орать. Вот эти явно стараются.

Мне даже не нужно было касание Призрака, чтобы отстраниться от борьбы с меткой и открыть глаза прислушиваясь.

— Быстрей! Икий! Формацию!

— О да! Попалась!

Я вскинул брови. Попалась? Я точно мужчина.

Значит, они явно ловят не меня, но кого? Неужто Зверя? Их здесь мало и на них охотятся так же азартно, как и на травы.

Звонкий женский голос стал мне ответом:

— Уркат, это уже не похоже на шутку. Ты в своём уме?

— Конечно, в своём, в чьём же мне ещё быть? И не делай вид, что утром не поняла, к чему всё идёт. Поняла, иначе бы не бежала так сломя голову.

— Дед всё узнает, он потребует твою голову у вашего главы. И тот лично оторвёт твою пустую башку. Я уже сообщила деду твоё имя.

И тебя, и каждого из вас спасёт только немедленное извинение. Ну! Я жду!

Снаружи повисла тишина, которую разорвал хохот:

— Не нужно сотрясать воздух пустыми угрозами, Фатия. Парни, не ведитесь. Если бы она действительно сообщила своему деду наши имена, то сейчас требовала бы не извинений, а чтобы мы отсекли себе левую руку по локоть. Да она просто не стала бы убегать от нас утром. Да, у неё был Нефрит Голоса, но она явно использовала его ещё несколько дней назад.