Двое из легенды

Страшилище оскалилось, и тут вмешался третий — мрачноватого вида парень из тех, кто не был Рейни знаком.

— Эльда, нет!

Страшилище нехотя спрятало зубы. Отпускать пленницу оно не торопилось, а парень и не настаивал. Посоветовал спасителю отойти, а затем повернулся к Рейни.

— Привет, ты ведь Рейни, да? Тебя твой дядя разыскивает.

— Ты его видел?!

— Видел. А что с остальными? Он говорил, что вас трое.

Рейни всхлипнула. Последняя капля переполнила чашу ее терпения, и она разрыдалась, кляня себя за слабость.

— Эй, ну ты чего, — брат вредной девчонки снова ее удивил — подошел и обнял. Спустя мгновенье рыдала она уже в его объятьях.

Когда она наконец успокоилась, то тяжести на сердце стало чуть-чуть меньше. Разомкнув объятья, утешитель так и остался стоять рядом.

Его сестра, прижатая к земле, злобно сверкала глазами.

— И что с ней делать? — спросил парень, рассеянно гладящий страшилище по голове.

— Я заберу ее домой, — ответил девчонкин брат, хотя было видно, что это ему не по вкусу.

— А не надо, — хитро улыбнулась девушка. — Есть у меня одна идея, твоей сестре понравится.

— А ты уверена, что она понравится мне?

Придавленная девчонка, почувствовав поддержку, воскликнула:

— Да! Вместе мы вам так наваляем!

— Помолчи, — осадил ее брат, и та обиженно засопела. — Что за идея?

— О-о-о, — многообещающе произнесла девушка — Я возьму твою сестру с собой. Она же хотела посидеть на троне...

* * *

Пока умники обсуждали свои дурацкие планы, Хайни, лежя в пыли, придавленная тяжелой лапой, глядя в пылающие глаза чудовища, пыталась его подчинить.

Попытка оказалась тщетна — чудовище презрительно фыркнуло ей в лицо, заставив зажмуриться, а потом издало звук, похожий на смех, и отвернулось.

Хайни захотелось пнуть ее за такую реакцию. Красные глаза посмотрели в ее сторону, и черная жуть снова фыркнула. Догадавшись, что тварь (милая, славная, чудесная сущность) читает мысли, Хайни принялась думать о ромашках. Она понимала, что своего «хозяина» зверюга легко могла бы ослушаться, и если она, Хайни, чем-нибудь ее разозлит, то так и будет.

— И что с ней делать? — услышала она.

И мысленно возликовала, когда зазнайка-братец заявил:

— Я заберу ее домой.

Хайни тут же представила, как можно славно вывернуть ситуацию, чтобы гаденыш раз и навсегда лишился отцовского благоволенья. И тогда место возле отца займет она сама. Мысленно потирая руки, она ждала согласия остальных.

— А не надо.