Двое из легенды

Остикус, как гость, всегда заходил в парадную дверь и по дворцу особо не разгуливал. У Рейна была идея, как проникнуть внутрь незамеченным, но рассказывать о ней он не стал, зная, что Остикусу она не понравится.

Разговор продлился за полночь. Рейн остался ночевать в доме Остикуса. Онере вначале убежала к матери, которую до постройки нового дома приютил родственник, а затем вернулась, потому что там и без нее было семеро по лавкам. Уйти решили на рассвете. Перед дорогой стоило хорошенько отдохнуть, но сон бежал. Поворочавшись с боку на бок, Рейн оделся и вышел на улицу.

Вначале, присев на крыльцо, бездумно смотрел на звезды, потом пошел проверить защиту — хоть какое-то полезное занятие.

В деревне царила темнота, все спали. Место, где проходила Ось, связанная с землей его кровью, Рейн смог бы найти с завязанными глазами — его тянуло туда, словно мотылька на огонь. И также как мотылек, он видел свет, столбом уходящий ввысь и там, вверху, распадающийся на отдельные лучи, которые, спускаясь, накрывали деревню куполом, невидимым постороннему взгляду.

В отличие от мотылька, для Рейна этот свет был безвреден — он не мог опалить крыльев. Впрочем, крыльев у Рейна и не было.

Немного постояв в потоке сияния, он вернулся к дому.

На ступеньках, закутавшись в одеяло, сидела Онере.

— Так странно, — произнесла она, — вчера мы с Тере и Роно хотели пойти на рыбалку, жизнь была такой обыкновенной, даже скучной. А сегодня полдеревни сгорело, Тере отправился к предкам, Роно остался без братьев и отца, а я оказалась королевной из легенды и теперь собираюсь уйти из деревни.

— Беспокоишься за Лие?

— Если ты о нашем сгоревшем доме, то нет, лесной народ своих в беде не бросает. Ей-то уж точно в первую очередь дом построят. Беспокоюсь, что она за меня переживать будет.

— А почему в первую очередь? Потому что она твоя мать?

— Пф-ф, это не она — моя мать, а я — ее дочь. Сразу видно, что ты нездешний. Остикус, Лие и Трор — самые сильные Видящие в нашей деревне, остальные по сравнению с ними — младенцы.

На них троих вся жизнь держится, им даже присматриваться не надо, вскользь глянули — и все понятно. Правда, каждому за свой дар пришлось чем-то пожертвовать. Остикус потерял жену и дочь. Лие не смогла найти мужа — мужчины ее боятся, потому что она каждого насквозь видит. Хотя она очень добрая и вообще замечательная, так что сами, дурни, виноваты. А Трор... ну, это его дело.

— А ты?

— Что я?

— У тебя сильный дар?

Онере пожала плечами.

— Еще не знаю.