Двое из легенды

Мост старый, всякое может быть. Ну что, Ос, — он обернулся к мальчишке, — куда теперь?

Глава 41. Путь

Дальше они продвигались медленней — самые яркие ощущения остались позади, и Осу пришлось много раз останавливаться, чтобы уловить хоть что-то.

— Твои спутники — сущие дети, — произнес Ульрих, идя рядом с Рейном. — Один ищет невидимое, другой ищет несуществующее. Да и ты тоже хорош — теперь ты отдал ему еще и свое имя. Не жалко?

— Нет, — сердито произнес Рейн.

Идущий впереди Второй оглянулся.

— Ты что-то сказал?

Рейн махнул рукой, и Второй зашагал дальше.

— Скоро у тебя не останется ничего, — продолжил отец. — Тело ты уже потерял, имя — тоже. Душа твоя также перетекает к нему, потому что ты слишком много о нем думаешь. Избавься от него, Рейн, иначе исчезнешь — он станет тобою, а ты перестанешь существовать. Происходящее с тобою меня пугает. Еще недавно, слыша, как кто-нибудь называет его твоим именем, ты нервничал, и это было правильно, потому что это имя – твое. А теперь ты сам отдал его.

Вспомни, чему я тебя учил: имя — это источник силы, ключ к его обладателю. Отдав его, ты лишился защиты. Теперь тому, кого ты назвал своим именем, чтобы стать тобой, даже усилий прилагать не надо. Ты сдался, Рейн. Сдался без боя. Как мог ты стать таким слабым?

Пытаясь отгородиться от жалящих слов отца, Рейн чувствовал, как утекают силы. Однако, превозмогая усталость, шел вперед.

— Давайте сделаем привал, — сказал Второй, словно это почувствовал.

Ос нехотя остановился.

— Давайте, — согласился он, увидев лицо Рейна.

Взгляд скользнул в сторону поросшей травой поляны. — Ух ты, красника, — воскликнул он, срываясь с места.

В результате они не только отдохнули, но и наелись от души спелой лесной ягоды.

Привалившись к стволу высокого старого дерева, росшего на краю поляны, Рейн на секунду закрыл глаза.

И тут же уснул.

В этот раз он не увидел ничего, пребывая в беспамятстве, словно укутанный большим ватным одеялом, мягким, не пропускающим ни единого звука. А когда это ощущение начало рассеиваться, в тишину стали вплетаться знакомые голоса.

..

— Он точно спит? — спросил Второй. В его голосе слышалось сомнение.

— Точно, — ответил Ос, — я слышу его дыхание, оно слишком медленное. Не беспокойся, он просто устал. Но меня беспокоит его рана – этот шрам, он не заживает, и через него уходит его сила. Видишь, повязка мокрая. Будь это обычная рана, я бы помог, залечил, я хорошо разбираюсь в травах, но эта штука — не кровь, и она его отравляет.