Боги как люди

— Я постираю! — сказала Ева, пытаясь прикрыть руками испачканное платье.

— Конечно постираешь, куда ты денешься, — ответила Мэри, сдула прядку волос со лба и продолжила ритмично стучать ножом.

— У нас гости, мам?

— Да, дядя Магнус приедет. Поэтому переодевайся и помоги мне накрыть на стол.

Ева выбежала в просторный, но не менее уютный зал с высоким потолком. В самом его центре разлёгся круглый ковёр, на котором стояла пара диванчиков со столиком, а рядом трещал миниатюрный, местами почерневший от копоти камин.

Магнус приходился Роберту самым близким другом. Он был магом, в разы более профессиональным и грамотно обученным, чем папа, имевший в своём арсенале лишь несколько боевых заклинаний, которым научился у какого-то безызвестного чародея. Магнус всегда любил рассказывать завораживающие, даже иногда пугающие истории, а в паре с отцом они становились лучшими шутниками на Аеноре. Бывало, что он доставал свою певучую флейту и начинал играть задорную мелодию, а маленькая, счастливая Ева плясала.

По её же просьбе он устраивал в зале настоящее шоу: мама гасила свет, маг махал руками, и под высоким потолком появлялись сверкающие и мерцающие разными цветами шары, парившие прямо над головой девочки. Такие чары её всегда завораживали. Ева могла смотреть на эту магию вечно – пока не засыпала на диване, и папа не уносил её в постель.

А добрый, тихий хохот был ещё долго слышен ей сквозь сон…

***

В дверь раздался стук.

Тяжёлая дубовая дверь медленно отошла в сторону, и шум дождя заполонил зал. На пороге возникла высокая фигура. Магнус.

Он мог по праву называться красавцем. Горящие карие глаза, сошедшая с портрета улыбка, элегантно постриженные усы с бородкой и перевязанные сзади чёрные, как смола, волосы – всё это делало Магнуса таким обаятельным и симпатичным! Женщины наверняка сходили от него с ума.

— Привет, принцесска! — держа мокрый кожаный плащ в одной руке, он обнял девочку другой. — Привет, Мэри!

Не успела мама принять плащ из рук гостя, как обитая сталью дверь отцовской лаборатории приоткрылась, и оттуда высунулась лохматая голова Роберта. Он пулей выскочил оттуда и начал обеими руками пожимать ладонь чародея.

— То письмо…, — начал Магнус, также оживившись.

— Да, орк меня дери! Ты не поверишь!..