Боги как люди

Вслед за ними немногочисленная стража Рох-Кавила перевела секиры в положение более безопасное.

— Большая ошибка, — только и сказал командующий.

Затем демонстративно повернулся к Килемару спиной и пошёл прочь.

***

Когда Эван, Бравин и Эерондил выгоняли лошадей за крепостные стены, Ева поймала момент и, сидя верхом на Чайке, подъехала к стоящему на берегу командиру крепости.

Его морщинистое лицо, прежде ясное из-за горящего боевого сердца, теперь осунулось и ещё больше постарело. Сам он смотрел на водную гладь реки, толком не замечая, что происходит вокруг.

— Я стала случайным свидетелем вашего разговора. С воеводой, — сказала она честно.

— И что, всё-таки я дурак? — устало бросил Килемар и поднял голову на девушку.

— У нас в Империи никто бы не осмелился вот так перечить руководству. Но суть в том, что вы сделали это по зову чести. Долга. И… любви к своей земле.

Килемар Градан кивнул.

— Мы, дворфы, издревле ценим законы чести. И за свой родной край готовы зарубить любого… А сейчас что? Ты погляди, Совет отдаёт собственные земли, собственных жителей, чтобы откупиться от врага.

— А может, они просто хотят остановить кровопролитие? — предположила девушка.

— Кровь уже пролилась, девочка. Уже. И то была кровь дворфов, — процедил Килемар. — А теперь езжай, твои товарищи ждут тебя. А я уж разберусь. И пусть Артнорт хранит вас.

— Он хранит, уж поверьте, — ответила девушка и натянула поводья Чайки. — А вы лучше надейтесь только на себя…

Отряд, и не только отряд, уже ждали её.

— Желаю удачи, — сказала Анна и бросила взгляд чуть прищуренных глаз на Эерондила. — Если она, конечно, существует.

— Существуют только поступки и их последствия, — ответил старик сдержанно, но всё же улыбнулся.

Глава 29. Зов крови

Лошадей оставили снизу.

Ева первой поднялась на холм, на котором громоздились массивные древние руины. Блэр Кро̀йнэ – так они назывались на дворфском.

Это место действительно удивляло.

Сооружение неизвестного предназначения представляло собой круглую замшелую каменную плиту с вычерченной на ней звездой-пентаграммой, по окружности обставленную дюжиной причудливых гигантских глыб.