Боги как люди

Наконец, маг встрепенулся, поправил висящий на плече чехол с обломком и, спотыкаясь, кинулся вверх по лестнице. Остальные стали подниматься вслед за ним. Теперь главное – не медлить, а поскорее покинуть Дворец…

Они выскочили из тайного прохода и вновь попали в кабинет императора.

В их груди упёрлись острые кончики алебард.

Три стражника в стальных доспехах и красных плащах, таких же, как и Рован, смотрели на них. Бард лежал скрученным на полу. Один из солдат, косясь на лежащего без чувств золотого стража, крикнул:

— Бросайте оружие! Лицом в пол! Быстро!

Голос стражника был не таким уж и уверенным, зато упёртые в груди грабителей алебарды говорили сами за себя.

Ланиас вскинул руки. Солдаты, вскрикнув, с большой скоростью полетели вверх. Ударились о потолок, а затем, с такой же силой, метнулись обратно к полу. Послышался грохот, хруст, вой и стон. Желание стражников задержать воров сразу же куда-то испарилось.

— Бегом отсюда! — крикнул Ланиас, пока Эван развязывал руки Рона.

Команда выскочила в коридор и огляделась по сторонам.

Слева, со стороны торжественного зала, приближались тени. Уже через секунду из-за поворота вырулили несколько вооружённых солдат в красных плащах и возглавляющий их золотой страж, держащий бердыш наперевес.

— Стоять! — крикнули они хором.

Рован взглянул на товарищей, снял со спины свой щит и сказал:

— Бегите. Я их задержу.

Ева хотела что-то ответить. Хотела возразить. Хотела уверить, что это самоубийство. Но Ланиас схватил девушку за плечо, заглянул в её глаза и произнёс тихо:

— Он справится.

А рыцарь, крича, уже бежал на толпу солдат, бежал прямо на острия мечей и алебард, бежал прямо к непобедимому в честном бою золотому стражу.

Ева, Рон, Эван и Ланиас бросились в противоположную сторону.

Дверь одной из комнат открылась, оттуда высунулась испуганная мордочка какого-то работающего при дворе мужчины. Увидев несущихся по коридору вооружённых людей, он быстро заперся в своём кабинете. Но воры, к счастью, миновали его.

А широкий коридор вновь сворачивал.

Он привёл путников в просторную галерею с высокими витражными окнами. В её центре вбок уходили двери, ведущие на улицу. Это вселило Еве надежду – из Белого Дворца, превращавшегося в мышеловку, хотелось выбраться как можно быстрее.

Но на дальнем конце галереи послышался топот десятка подкованных сапог. Оттуда повалили закованные в доспехи стражники. Грабители встали, как вкопанные. Солдаты выжидающе остановились в самой середине перехода.