Кровавые горы марранов (Хроники дуболомов 2)

На корме и на носу боевой ладьи загудели луки, и стрелы вспороли воздух. Лучники капрала Бефара били по тем, кто пытался тушить пожар с помощью песка, а также по багристам. Морпехи Урфина били без промаха, и их стрелы пробивали людей насквозь.

Одновременно с лучниками с борта ударили пращники. Деревянные матросы выстроились вдоль левого борта в две шеренги. Первая шеренга делала залп и приседала, перезаряжая пращи, и тогда в дело вступила вторая линия. Естественно, после залпа второй линии, тут же вставала первая шеренга и открывала огонь.

Лучники стреляли не залпами, а по готовности, при этом били они с завидной скоростью и меткостью. Таким образом, «Дуболом» действительно открыл шквальный огонь.

Не прошло и минуты, как набережная была заявлена десятками трупов, а также стонущими, либо дико воюющими ранеными. Естественно, тушить пожары в таких нескольких условиях было очень проблематично.

— Стенк, твою мать! Гони сюда своих пидармотов! — раздался рёв командира морпехов ОАСМ капитана Балгена, который орал на комроты ополченцев-лучников, — всем, сука, к бою!

В это время к пристани прибежали четыре полуголых человека.

Несмотря на еле прикрытую наготу, эти люди были густо обвешаны патронташами и сжимали в руках карабины. Следом, на своём деревянном рикше, примчался Чарли Блек.

Ты уже видимо догадался, что этой четвёркой были: инспектор Карфрэ, инспектор Уэсбер, сержант Каннинг и рядовой Дональд. Штатовцы рассредоточились на местности и открыли огонь из-за укрытий. Одноногий морпех спешился и укрылся за своим рикшей, используя последнего, как подставку для карабина.

Грохот выстрелов карабинов окончательно вогнал гражданских в ужас, и они с воплями разбежались кто куда.

Одна из пуль угодила мичману в грудь.

— Козёл! — крикнул Дубина.

— Сам козёл! — отозвался Чарли Блек и выстрелил ещё раз.

Вторая пуля тоже прилетела в грудь командира корабля. Разглядывая два пулевых отверстия, испортивших шикарную русалку на груди, Дубина обиделся:

— Помесь ты мазутная павиана с килькой! Абордажный лом тебе в сраку!

— Что, не нравится, гальюнный плавунец! Ща, тебе в бубен залеплю! — весело хохотнул одно-древо-ногий моряк.

— Эй, на носу, не спать! Задрушлатить мне эту падлу!

Капрал Бефар первым рванул свой тугой лук. Следом пропели тетивы ещё пяти луков. Утыканный стрелами деревянный рикша стоял и лыбился, как параша. Блеку теперь стало не до стрельбы.

Лемминкайнен, забравшись на башню, не без интереса наблюдал за происходящим.