Нуониэль

Ломпатри к тому времени уже убил одного из нападавших. Второй его соперник – толстяк – бросил оружие, оседлал лошадь и скрылся во тьме. Догнать его рыцарь не успел: на него плотно насел Акош. Этот малый был силён. Он резво махал огромной дубиной, увенчанной ржавыми гвоздями. Ломпатри никак не мог достать его своим мечом, хотя тот подходил достаточно близко, чтобы нанести удар. Наконец, Акошу удалось лишить рыцаря щита: бандит схватился за него, и Ломпатри ничего не оставалось делать, кроме как отпустить.

Иначе верзила забил бы в его голову несколько гвоздей. Оставшись без щита, Ломпатри пошёл в контратаку задев клинком руку и ногу Акоша. Тот взвыл от боли, но сразу же накинулся на своего врага с небывалой доселе яростью. Он буквально схватил рыцаря за грудки, и они кубарем повалились прямо в костёр.

Тем временем разбойник, которого поймали Закич и Воська, встал на колени и взмолился о пощаде. Победители с трудом представляли, что теперь делать. Они глядели то на пленного, то друг на друга.

Потом Закич понял, что у Воськи в руках меч нуониэля.

— Что случилось? — спросил он слугу.

— Господин нуониэль, — дрожащим голосом выговорил Воська, продолжая держаться за меч двум руками.

— Не дай этому уйти! — скомандовал Закич и метнулся к костру. Но тут из-за палатки появился Акош. Закич налетел прямо на главаря бандитов, отскочил от него, споткнулся и упал рядом с Воськой.

Акош оглядел происходящее. Главарь выглядел усталым, но дышал ровно.

Кровь капала с него как сок с разбитого арбуза, пущенного под горку озорными мальчуганами. Пленный разбойник вскочил на ноги, увидев своего главаря. Он хотел что-то сказать, но Акош заговорил первым:

— В бой! — тихо скомандовал он своему человеку. Потом Акош медленно подошёл к телеге, возле которой стояли лошади, оседлал одну из них и исчез в темноте.

— Акош! — кричал разбойник, спеша за своим командиром. Но путь ему неожиданно преградил Воська, нелепо угрожая мечом нуониэля.

Ломпатри без сознания лежал прямо на костре. Увидев это, Закич схватил его за ноги и потянул на себя. Рыцарь вдруг зарычал, ударил Закича сапогом по лицу и вскочил на ноги.

— Ты что? — завопил Ломпатри.

— Думай, что делаешь! — держась за разбитый нос, закричал Закич. Он подскочил к рыцарю и с размаху залупил ему в челюсть. Только вот кулак не достиг цели. Ломпатри перехватил его руку и сам ударил Закича своей кольчужной рукавицей.