Нуониэль

Посмотрите на него! Неужели вы думаете, что этот простак осмелился бы выступить против ваших сияющих доспехов! По мне, так этот бедолага всего лишь пытался выслужиться перед господином Ломпатри и вами, господин Вандегриф.

— Я, правда, очень люблю рыцарей, — захныкал Ейко. — Я, правда, не вру!

В этот момент раздался злобный и противный хохот, глубокий и полный ненависти. Отвратительный звук, гаже которого сложно вообразить. Это злорадствовал Акош, привязанный к дереву между костром и тем местом, где оставили лошадей.

— Недоделанный скиталец, — хриплым голосом, начал Акош. — имеет наглость советовать атарийскому рыцарю, как поступать с предателем! Хотя доказать свои собственные слова тебе нечем!

— Опять меня подозревать во всяком! — озлобился Лорни на привязанного к берёзе Акоша.

— Мы не подозреваем, а сомневаемся, — сказал Навой, и подошёл к Лорни, похлопывая себя по ноге топориком. — Главное правило рыцарей-воевод — сомневаться во всём.

— Можно ли мне доверять?! — удивился Лорни. — Я занимался своими делами, а вы пришли и втянули меня в ваши поиски! Я согласился только потому, что мы земляки! И ещё, потому что я не одобряю все эти разбойничьи налёты на простых людей, грабёж и безвластие.

— Именно поэтому ты так любезно принимаешь шайку бандитов у себя в землянке, — засмеялся Акош, припомнив Лорни его собственные слова.

— Ах, так! — разозлился Лорни. — Тогда подумай своими солдатскими мозгами, Навой, кто знал о том, что этот ваш великий Единорог в Дербенах! Об этом знали только его коневод со слугою, пара наших степковых и вот этот черныш.

Лорни указал пальцем на Вандегрифа.

— Ты, холоп, заката не увидишь! — сказал Вандегриф и, достав мизерикорд, пошёл к Лорни.

Акош залился хриплым смехом:

— Обрубить этому скитальцу руки до культяшек! — сопел он сквозь хохот. — Я этого пройдоху знаю! Его не трогали, а он — раз — и к рыцарям перебежал!

Лорни хотел подбежать к Акошу и растерзать его, но тут, не пойми откуда, возле пленного оказался Ломпатри.

— Пригрел ты у себя на груди гадюк! — сказал ему Акош. — Скиталец и рыцарь сдадут тебя, а потом перегрызут глотки за полученное золото.

Ломпатри с размаху врезал по челюсти Акоша своим крепким рыцарским кулаком.