Гнев дракона

Так ли там всё спокойно и безмятежно, как нам докладывали всё это время?

– Ты же не думаешь, дорогая сестрёнка, что твоя королева настолько стара и глупа, чтобы не держать этот вопрос под личным контролем?

– Нет, Великая, я не думаю так, – учтиво склонившись, ответила Бриггида, но её морда уже расплылась в ехидной улыбке, больше напоминавшей звериный оскал перед укусом. – Но я хочу тебя огорчить. Нас всех водили за нос с этим островом.

– О чем ты? – не поняла Сарра и даже немного привстала с ложа.

– Дай угадаю, сестра, – начала Бриггида.

– Если всё настолько утрировать, как это сделала ты, Бриггида, то можно и так сказать, – ответила Саарра, немного поморщившись, когда называла сестру по имени.

– А при визуальном осмотре острова с высоты твои наблюдатели отмечали заселенную и обжитую северную часть острова и вечнозелёную, девственную природу южной стороны?

– Да… – насторожилась Саарра.

– Дорогая сестра, вот что удалось выяснить моей Ассасии.

Несмотря на то, что королеву от имени шпионки передёрнуло ещё сильнее, Бриггида проигнорировала это и поведала ей всё, что узнала сама.

– Мои выводы интересны моей королеве? – смакуя каждое слово, спросила Бриггида, закончив рассказ и наблюдая, как с каждым мгновением все больше хмурилась морда Великой.

– Я слушаю.

– Я считаю, дорогая сестра, что нас с тобой, равно как и всех драконов Южных островов, двадцать лет водили за нос. А может, и больше. На протяжении длительного времени на Вольный остров бесконтрольно стекалась вся гниль нашего драконьего общества. Маргиналы! Вероотступники! Преступники и драконоубийцы! Каждый со своим человеческим выводком. За много лет они научились выживать вдали от цивилизации. Они нашли в себе силы организоваться. При помощи своих рабов они смогли отстроить для себя целый город и скрыли его от посторонних глаз.

Бриггида прошлась вдоль ложа королевы, наблюдая, как напрягаются мышцы её морды. Королева действительно сейчас находилась в смятении и под впечатлением от известий. Она понимала, что Бриггида не лжёт. Что ложь такого масштаба вскроется на раз-два, и тогда ей придется отвечать за свои слова. Королева понимала, что никто на такую ложь не осмелился бы.