Шелест сорняков

- Не обманывайся, если думаешь, что я не вижу, - пробурчал Оддо. В голове у него продолжало звенеть. Незнакомка испуганно отпрянула назад.

- Я-то думала, что ты подох, - с досадой пробормотала она. - Да к тому же это тебя, видать, обманули, и здорово. Кто это был? Хотя можешь не отвечать, мне всё равно всех не упомнить. Слишком уж много прохвостов. Проще сбежать отсюда, чем запомнить все эти тупые имена.

- Замечательно... – Оддо застонал. - Впрочем, иного я и не заслуживаю.

- Все, кто здесь, не заслуживают, - незнакомка пожала крохотными плечиками.

- Куда ты шёл? На кой выродку соваться в Дервар? Вас даже в Таргерте недолюбливают, что уж говорить о здешних местах. Но тебе взбрело в голову прихлябать туда, где её тебе точно проломят. Очень умно, выродок.

- Откуда ты знаешь, что выродков недолюбливают в Таргерте?

- Не все здесь молчуны. Иные и поболтать любят. Те, кто бывал в Таргерте, охотно растреплют всё, что попросишь, взамен на то, чтобы их оставили в покое. Эти болваны рыболовы ни сражаться, ни красть не могут.

Озёр тут нет, да и если бы были, эти идиоты в них бы и утопились со страху.

Оддо постепенно приходил в себя. Голова уже не кружилась. Он приподнялся и огляделся. Потом ни с того ни с сего зевнул, причмокнул губами и осознал, что ужасно голоден. Живот недобро заурчал.

- Где тут можно перекусить? Не помню, когда я в последний раз прилично наедался.

- И не вспоминай. Потому как ещё ой как долго не наешься. У тебя же нет денег.

- Ты их забрала.

- Не все. Сдаётся, их было много больше. А того, что я забрала, тебе не хватит и на кружку выпивки.

- Тогда на кой они тебе?

- Лишними не будут. В этом месте нельзя упускать прибыль, нельзя упускать ничего, что плывёт к тебе в руки. Но поскольку я сегодня в приятном расположении духа, я сочту эти денежки платой за совет.

- Совет?

- Который я дам. В следующий раз держи карманы закрытыми.

Незнакомка ушмыгнула в переулочек, пропустив мимо ушей лай облезлой собаки, встрепенувшейся от неглубокого сна.

Оддо любил собак, в Кельях их, по правде говоря, не водилось, но он нередко встречал их на дорогах уже после того, как покинул жрецов. У него на лице появилась болезненная улыбка, когда собака подошла ближе.

- Ну-ну, иди сюда, не бойся, - сказал он, вытягивая руку, чтобы погладить её. Собака оскалилась, над левым клыком зарделась неприятная язва, по ней стекала слюна. Оддо отдёрнул руку и отполз назад.