Шелест сорняков

Все угрюмые взгляды обратились на хозяйку "Закрытого кошелька". - Вы пьёте мой эль, отдыхаете в моём сумраке, в нём же остаются и ваши тайны, которых я ой как наслушалась за тридцать лет, - лица посетителей мало-помалу искажались. На одних отъявленно виднелся страх, на других просто опаска, но ни одно не осталось прежним. - Неужели вы позволите хотя бы кому-то навредить мне? А я, знаете ли, не намереваюсь отмалчиваться, если выяснится, что вы все не благодарны мне в достойной мере. И ещё мне понравился этот выродок.

Поэтому мне не хочется отпускать его вместе с этой негодницей. Не ровён час она испортит его. И, как вы сами прекрасно слышали, она почему-то думает, что уйдёт сегодня из "Закрытого кошелька" после всех этих ужасных оскорблений, высказанных ей.

В дальнем углу лязгнуло железо, и в половую доску в три пальца толщиной неглубоко воткнулось зазубренное лезвие. Затем двое сидящих поодаль от входа тоже вынули свои клинки. Скрежет всё явственнее нарушал безмолвие. Дощатый пол глухо застонал, когда его пронзила дюжина мечей.

Инка ошалело вертела головой, и с каждым разом всё больше стали поблёскивало в свете настенных ламп.

- Впрочем, я и впрямь торговка, как тут ни крути, - Бернадетта досадно вздохнула. - Возможно, мне не стоит быть такой вспыльчивой. Но всё же "Закрытый кошелёк" - заведение лишь для тех, кто чтит мою заботу. А ты, Инка, не похоже, чтобы чтила хотя бы что-нибудь, кроме своего ножика. Оттого, тебе надобно покинуть мой трактир и поскорее. Твои грубости и так подпортили мне настроение, да и твоё личико выводит меня из себя всё настойчивей с каждой секундой.

Мне бы отнюдь не хотелось выходить из себя на глазах у этих милых господ. Что они подумают? Я не хочу показаться неприлично негостеприимной.

Лускас распахнул дверь, впустив в "Закрытый кошелёк" дуновение ветра и приятную прохладу. Инка сверкнула глазами, возвращая оружие в ножны, и вышла прочь, не сказав ни слова. За ней последовали и её спутники. Как только дверь захлопнулась, в трактире вновь поднялся уютный гомон.

- Ну вот и всё-пожалуйста, - заключил Дэйдэт и причмокнул губами. - Отныне, Оддо, в "Закрытом кошельке" рады твоей персоне. Но не будем откладывать твой ужин. Сдаётся мне, ты не прочь перекусить, - он вынул из кармана три серебряных ойта и протянул их хозяйке, - Дорогая Бернадетта, позволь откланяться. Этому любезнейшему выродку обещан кров и еда за моим столом. Рад был поболтать, Ойтеш. Ночлег и пищу ты найдёшь здесь, как и было оговорено.