Тупиковая Ветвь

Чем ближе подходил, тем больше поражал воображение строй уходящих ввысь колон, за которыми были гостеприимно распахнуты огромные украшенные чеканным золотом ворота. По бокам от них, два голых бородатых мужика громадного роста и с крыльями, вздев перевитые мышцами руки, натужно удерживали балку на которой крепился свод. Разинув от восхищения рот, я во все глаза принялся рассматривать бесчисленные барельефы, что покрывали стены Храма. Там шла вечная битва, в которой гордые эльфы разили разнообразных тварей стихийной магией, а суровые гномы крушили монстров своими молотками.

Так случилось, что с таким разделом в искусстве как скульптура я был немного знаком. У Попоши батя, резал из кости разные поделки, что бы толкать их одуревшим от свежего алтайского воздуха туристам, а мне было любопытно. В горной деревне развлечений не так и много, и мы с Попошой уделили этому занятию немало времени. Моей ошибкой было то, что я по наивности не иначе, показал свои детские поделки матери. За, что был позднее определён в ученики одного маститого Горно-Алтайского скульптора.

Но даже, если бы я ничегошеньки не смыслил в скульптуре, то и тогда, пройти мимо этого чуда скорее всего не смог бы. От ворот, и в право и влево, всё пространство на высоченных стенах занимали сцены из всевозможных битв. И чем ближе я подходил, тем больше восхищения у меня вызывал мастер, или мастера, что сотворили этот шедевр. И не важно, кто это был, геймдизайнер с земли или неизвестный мне скульптор из Катона.

Шикарные барельефы, вырываясь из стены превращались в полноценные скульптурные композиции и развёртывали целые батальные битвы, где неведомые мне твари, рубились не на жизнь а на смерть с неведомыми мне существами, а также эльфами, людьми, гномами и даже рептилоидами. Как только накал битв спадал, скульптура вновь пряталась в стену, а её место плавно занимали шикарные барельефы, где те же эльфы и гномы, занимались уже мирными делами.

Если бы, я не валился с ног от усталости и не мечтал поскорее выполнить все указания Кляксы. А затем, вернутся в трактир и со стоном, завалится на сундук, который ещё утром казался мне таким твёрдым и неуютным. То я, завис бы здесь надолго. Но сил, не было.