Магия времени

Вблизи было слышно, что красные символы на одеяле потрескивают, словно маленькие костры. Вместе с далёким шумом моря и мерным гулом ветра это создавало ощущение заброшенности и оторванности. Будто это не волны начинающегося прилива накатывают на прибрежные скалы, а ревёт где-то далеко водопад края мира. И его грозный голос расстояние превращает в тихий, уверенный гул, лишь подчёркивающий одиночество юноши и старика.

- Вот и ещё один день, когда ничего не произошло. Мне уже начинает казаться, что вся эта затея – чушь собачья.

Мы ведь даже не знаем, правильно ли определили место.

- На этот раз – правильно.

- Я знаю, но мне хочется найти повод, чтобы уйти отсюда. На континент нас отвезут с гораздо большей радостью, мы и так всем намозолили глаза до крови.

- Ты намозолил. Меня они видели один раз.

- Знаешь, и то верно. Наверное, не надо было ходить туда каждый день.

Волшебник поднялся и потянулся.

- Слушай, хватит тут сидеть. Всё равно ты уже всех отпустил, скоро сядет солнце и…

- Ты боишься?

- …станет совсем холодно, а нам надо ещё ужин…

- Тиан, ты боишься?

- Конечно я боюсь!

Волшебник стукнул по стене, и из-под его пальцев по дереву побежали синие змейки магического огня, оставляя причудливый узор, который теперь хижина будет нести как память.

След первозданной магии.

- Я ведь не знаю, что произойдёт, когда…когда всё получится. Мы потратили на это так много времени, что теперь уже поздно отступать, понимаю, но…до этого я всегда знал, что будет, а сейчас такой уверенности нет.

Это как проводить смертельно опасный эксперимент вслепую.

Старик подошёл к молодому волшебнику и похлопал его по плечу. Его движения были такими плавными, что, казалось, будто бы он вот-вот растворится в тумане, призрак острова, который просто по собственной доброте решил составить компанию юному волшебнику.

- Скоро тебе не придётся беспокоиться о времени.

Юноша зашёл в дом следом за своим собеседником, не забыв взять мешок с продуктами. Лёгким движением руки он зажёг несколько свечей и печь.

В хижине сразу стало очень уютно. Было видно, что её обжили заново после того, как она долгие годы стояла пустой. В воздухе как будто всё ещё витал запах затхлой сырости, но совсем скоро его вытеснил аромат рыбной похлёбки и жареных овощей.

Старик ел медленно, стараясь не испачкать бороду, но при этом мысли его словно находились в другом месте, руки подносили ложку ко рту сами собой, будто управляемые чужой волей.