Война кланов. Берендей

Выйдя из-за деревьев они казались обычными прохожими, если бы не синяки и ссадины на лице.

– С тобой мы разберемся позже, пока же не мешайся под ногами, – коротко проговорил крепыш.

– Я хочу помочь!

– Ты поможешь своим отсутствием. Занимайся своими делами и увези отсюда Марину! – скомандовал Федор.

– Как там тётя Маша? – кивнул я на больницу.

– С ней всё в порядке. Не беспокойся и не лезь под ноги, а то придется и тебя ещё защищать. Давай, парень, удачи на сдаче, – натянуто улыбнулся крепыш.

Пара отвернулась и неторопливо отошли к больнице.

Через пару дней, в костюме, наодеколоненный, я сдавал уверенный и вычищенный диплом. Марина ждала в коридоре и на неё с завистью косились мои однокурсницы.

– Пять! – вздернул я вверх растопыренную пятерню, когда вышел из аудитории.

– Молодец, а теперь нам пора уходить! – низким голосом проговорила Марина. – Я не могу находиться среди такого количества народа, я теряюсь.

Народа и действительно было много, родители девчонок, друзья парней.

– А как же ресторан? – спросил я. – Может посидим, пообщаемся, а завтра и поедем?

– Нет, в городе очень много перевертней, и от этого мне страшно. Я боюсь, что не совладаю с собой и обернусь. Тогда очень не поздоровится окружающим. Увези меня, Женя! – её теплая ладонь легла на моё плечо.

Большие глаза наполнились слезами, и полные губы начали подергиваться.

Помахав на прощание однокурсникам, в полной уверенности, что мы когда-нибудь встретимся и еще посидим, я удалился со двора «Альма-матер». Дома ждал накрытый стол – родители не сомневались в сдаче диплома. Отец даже выставил на стол коллекционный коньяк, но я отказался, сказав, что нужно сначала доставить Марину домой, а потом уже и всё остальное.

Под обиженными взглядами родных (всё же старались как лучше) мы выехали из двора. Тяжеловато было на сердце, тяготила ещё и неизвестность – увидимся ли мы когда-нибудь. Марина дергалась как испуганная кошка, чуть ли не от каждого прохожего вжималась в кресло.

Я тоже заразился тревогой, но старался её скрывать – всё же за рулем никак нельзя допускать паники.В груди ворочалась огромная скользкая жаба, словно курица-гриль крутилась на огромном шампуре.