Жертва (ОИ-6)

Подобные изменения стали заметны и в ведущихся между ними диалогах, спорах или философских размышлениях.

Причины для оживления в серой действительности, таились в бравой поступи по Изнанке выходцев из иного мира, и даже из иной вселенной. Семья из пяти человек, называющая себя землянами всего на седьмом году своего пребывания на Изнанке, добилась того, что некоторым великим сущностям и не снилось совершить за многие десятилетия.

А это было более чем интересно. И Номера очнулись от смертельной меланхолии:

- Ещё два, три года и нынешний Загребной доберётся до нашего тюремщика и порвёт эту тварь на мелкие зловонные кусочки! – мечтательно закатывал глаза Второй, самый полярный в своих суждениях, наиболее активный при обсуждениях пленник.

На это, после некоторой паузы откликнулся Первый, единственный среди рабов не употребляющий бранные слова в каждом предложении:

- Не сомневаюсь, что кусочки окажутся на запах более чем омерзительные.

- Как вы уже мне надоели, со своими глупыми щенячьими мечтами и коровьими сожалениями! – не удержался в молчании Чётвёртый, наиболее раздражительный из всех, вечный брюзга. – Сотни лет одно и то же: «мелкие кусочки», да «…как к ним добраться»! Тьфу! Не надоело ещё? Не имеющее тела существо – нельзя уничтожить! И вы сами прекрасно об этом помните.

На это ответил Третий пленник, наиболее вульгарный, пошлый, с характерным для него ядовитым, чёрным юмором:

- А потому что оба чувствуют: доберётся Загребной и до бестелесной сущности! И вставит ему так глубоко, что у того бестелесная голова оторвётся! А потом ещё и до них доберётся и им тоже вставит за тупость безмозглую и занудство.

- Озабоченный ты наш! – улыбнулся Второй. – Сотни лет никак не успокоишься, что с нами нет женщин, и забываешь о своём половом бессилии…

- Потому что с его кладбищенским юмором у него только одно на уме, - поддакнул ему Первый.

- На себя посмотрите, духовные дебилы! – с ленцой возразил Третий. - Чётвёртый же вам ясно указал на ваше унылое однообразие. Так вы и дальше ничего нового придумать не можете, лишь вполне естественные мужские инстинкты высмеивать.