Темный клинок

— Магички иногда носят, для банкетов и ритуалов. В общем, для особо торжественных случаев. Такую расцветку, как у меня, предпочитают чародейки, использующие магию тьмы, ну так меня в любом случае светлой не назвать. Аристократки одеваются примерно как у вас лет триста назад. Разноцветное платье с вырезом, шнуровкой и пышными кружевными рукавами, и широкими юбками. Вообще большая часть наших аристократов одновременно чародеи, так что просто выбираем по обстоятельствам, какой костюм предпочесть, придворный или магический.

Я надела мантию, прежде чем к тебе идти, так как решила, случай подходит.

— И женщины у вас не носят нижнее белье?

Элис вздохнула еще раз — весьма громко.

— Носят, но давай ты не будешь портить романтику вчерашнего вечера тупыми вопросами.

— Как изволите, леди, — я издевательски поклонился.

В соседней комнате обнаружился не только ватерклозет, но и ванная с умывальником. Я не имел ни малейшего понятия, зачем Алдрен сперва приказал отвести нас в отдельные ванные комнаты недоделку от банкетного зала, если необходимые удобства имелись также при каждой гостевой спальне.

Видимо, причуды проектировщиков крепости.

Спросив у Элис, я узнал, что замок называется Дертейл и прежде принадлежал одному из лордов Ламброна, казненному за шпионаж в пользу Повелителей Силы. Король Джетрин пожаловал замок Алдрену, когда сделал того коннетаблем, и мой бывший ученик разместил здесь свой штаб, в тридцати милях от столицы и в двухстах от территории, захваченной противником.

Ватерклозетом мы воспользовались, конечно, поочередно, после чего Элис заявила, что желает обмыться, так как вчера после любовных утех не успела, и вытолкала меня обратно в спальню.

Для фанатичной поклонницы Темного лорда она вела себя очень уж решительно. Впрочем, охотно допускаю, одно дело — грезить о встрече с кумиром, и совсем другое — сражаться с кумиром за право принять ванную. Пока Элис плескалась за стеной, периодически напевая мелодичным контральто, я поймал себя на мысли, что разговаривал вчера с лакеем определенно не на русском языке. И не на высоком стортенском, принятом на Тэллрине в годы моего правления.

Язык, чьи слова с легкостью слетали с моих губ во время беседы со слугой, несколько напоминал бытовавший на планете больше двух тысяч лет назад, но весьма и весьма отдаленно. Находясь в ванной, Элис пела на том же самом новом языке, который я почему-то в совершенстве понимал. Балладу о девушке, ждущей из дальних странствий жениха.