Темный клинок

— Удивительно видеть, что ты сам не попробовал захватить власть.

Лицо Алдрена сделалось усталым.

— Когда-то пытался, очень давно, еще до того, как родились прадеды нынешних стариков. Мне многие тысячи лет, Рейдран. Тебе тоже, но ты умирал и перерождался, и насколько могу судить, неоднократно, а моя жизнь так и осталась непрерывной, как и почерпнутый из нее опыт. Со временем амбиции делаются не так привлекательными, как раньше, а гордыня слабеет. Смешно, но я, первый из учеников Повелителя Тьмы, сделался в нынешние дни для многих защитником и олицетворением надежды.

Я посмотрел на него — и вспомнил, как полчаса назад кричал от боли и корчился на крепостном двору Макс. Возможно мои братья и представляют немалую опасность, но мой бывший ученик едва ли сильно лучше их, даже если сейчас пытается выставить себя героем. Я ни капли не верил ему. Алдрен старается подать картину в выгодном ему свете, используя все имеющееся красноречие, но это не значит, что он хоть сколько-нибудь изменился к лучшему.

Вопрос скорее в том, изменился ли я сам, живя обычной человеческой жизнью. В его словах имелось здравое зерно — прежде я принес множество бед. По сути, послужил их началом. Я до сих пор плохо помнил события, побудившие меня пойти войной на братьев — мотивы собственных действий словно бы ускользали от меня. Зато испытываемые тогда исступляющие, безумные ярость и гнев отпечаталось в памяти весьма накрепко.

— Тебя бы неприятно удивили вещи, которые Тренвин, Гленант и Трайбор творят на землях, которыми завладели. Они больше не ограничивают себя только лишь магией огня, ветра, земли и воздуха, которыми прежде владели — и обратились глубоко к энергии тьмы и смерти. Кровавые ритуалы и жертвоприношения, некромантия и призывы демонических сущностей — любая из подобных техник охотно ими используется.

— Я в свое время был не лучше. И ты тоже.

— Не спорю. И раз мы сумели осмыслить допущенные просчеты и одуматься, мы попробуем остановить их. Твою сущность изгнали далеко за пределы известного мира, но я творил заклинания и искал, потому что мне больше не к кому толком обратиться.