Даэрнот: Путь инквизитора

Староста сдавлено всхлипнул, на что старик надменно взглянул на него и повторил тоже самое со своей рукой.

Сцепив их в некое подобие рукопожатия, позволяя крови смешаться. Опираясь о посох, лар произнёс на древнем языке, что уже множество сотен лет не звучал в этих местах:

- Принимаешь ли ты мою сущность, человек?

Удивлённый, тем что он понял этот язык, Радим с жаром ответил:

- ДА!

И как только его слова сорвались с губ, что-то случилось - сама ткань мироздания переменилась, исказилась и деформировалась: сплетая и переплетая их тела.

Те, кто были двумя – стали одним.

Тот, кто раньше был Радимом, стоял на пороге дома и глаза этого существа горели золотым огнём.

Однако внутри него, теперь жило две души.

Кошка, сидевшая на заборе, испуганно зашипела, но как только её коснулся взор его златых очей, она тут же успокоилась.

***

Создание быстрым шагом, передвигалось по ночным улицам деревни. Посох стал неким подобием трости, которую он спрятал в полах своего огромного плаща.

Голос был до боли знаком. Тому, другому.

- Брат! – высоко подняв фонарь, позади него стоял корчмарь, который закутался в тёплую осеннюю куртку, а лысую черепушку покрывала шапка.

Вэлс медленно повернул голову и встретился взглядом с Пустимиром.

Тот молча замер на месте.

Лар странно улыбнулся и растворился в ночной темноте.

По Пучаю и в окрестных деревнях завыли собаки, приветствуя новое воплощение своего покровителя.

Глава 8. Когда спадают завесы

Белая Лиса, наслаждаясь тёплым осенним вечером. Сидя на краю озёрного причала, она плескала ногами в воде, а рядом с ней валялась пара сапог.

Солнце клонилось к закату создавая вокруг её непослушных серебристых волос какой-то светлый ореол.

Услышав позади шум, эльфийка повернула голову и увидела, как на другом конце тропинки, что вела к озеру, показался мужчина — это был Дум.

Встретившись с ним взглядом, она лучезарно улыбнулась ему.

Он замер, наблюдая за женщиной.

Всё это время - её характер, её голос, её запах; начали дурманить ему голову, ещё с того самого момента, как он очнулся в телеге, рядом с ней.

Сейчас, в лучах заходящего солнца, она казалась ему чем-то прекрасным.

Что-то на мгновение шевельнулось внутри его груди, но отогнав эти мысли он направился к ней, сделав вид, что изучает вытащенные на берег лодки.