Даэрнот: Путь инквизитора

!

- Некоторые даже считали, что Хорс проклял наши земли! – подхватил за старостой брат, - Как же мы были не правы!

После слов корчмаря, Радим осунулся на глазах: он стал казаться меньше, худее, да и плечи поникли. Пустимир же сделался мрачнее тучи. В их глазах читалась скорбь и печаль.

Марагвейну стало жаль селян, но он тут же прогнал мимолётное чувство слабости. Они для него лишь страница в книги жизни. Подобная роскошь была непозволительна.

Вдруг Дум поморщился - у него отчего-то сильно заболела голова.

- Всё в порядке? – обеспокоено спросил корчмарь. Марагвейн жестом дал понять, чтобы тот не волновался.

Затем и лица Градимировичей, одно за другим, тоже странно скривились.

Дум тяжело вздохнул. Всё складывалось именно так, как он и думал. Согласно книгам, подобное означало лишь одно – их предки соседствовали с каким-то могущественным существом, возможно даже реликтом, и в обмен на его покровительство преподносили что-то ценное. Как правило, это были человеческие жизни. И если это так, то дело обстояло куда хуже, чем он думал.

Инквизитор нахмурился – пока он размышлял, селяне продолжали свой рассказ. И вот на периферии слуха он уловил слова, которых слышать совсем не хотел: «жертвоприношение», «дети» и «договор».

Переспросив, он удостоверился, что ему не почудилось. Из горла вырвался нервный смешок.

- Я сказал что-то смешное? – раздражённо вопросил бородач.

Иронично взглянув на братьев, асест облокотился на спинку стула.

- Какие же вы всё-таки тупые ресайнэ! Что ваши предки, что ваш отец…!

Резко оборвав самого себя, он отпрянул от стула.

Медленно переведя взгляд на братьев, он обнаружил, что в их глазах появился странный блеск. И если Пустимир был более-менее спокоен, то губы Радима расползлись в неприятной улыбке. Мгновение, и вот уже староста, откинув стул в сторону, собирался вскочить на стол, однако кинувшийся вовремя корчмарь удержал брата.

Голос бородача был подобен грому:

- Сукин сын...! Да кто ты такой, чтобы так говорить! Какое ты имеешь право? Ух, сейчас я тебя! - прорычал он, пытаясь вырваться из цепкой хватки брата.

Внезапно что-то щёлкнуло в голове Марагвейна. Взор его тут же помутился, Дума закачало из стороны в сторону и ноги стали ватными, но он всё же устоял.