Даэрнот: Путь инквизитора

Даже Эдвард оторвался от своего занятия и поглядывал в их сторону. И вот, кости Марагвейна остановили свой ход по гладкой поверхности стола, явив миру пять камней одного достоинства — пятёрки. Игроки тут же возмущённо заворчали: один из них, торговец, которому принадлежала лавка по соседству, даже вскочил из-за стола в приступе бессильной злобы. Менестрель же запустил пальцы в рыжие волосы, выпучив свои «рыбьи» глаза.

Раздраженно вздохнув и закатив глаза, Рисса поставила на поднос гору грязных чашек и тарелок, подхватила его и удалилась на кухню, где домывала посуду Заря.

- Как!? КАК?! Я не понимаю... это же ты! Ну ты... я следил за твоими руками, однако при этом понимал, что это — ты! Марагвейн, который не может мухлевать! Не должен! - Идаволл чуть ли не брызгал слюной, а его глаза казалось вот-вот выскочат из орбит.

Приподняв бровь, Дум повернулся в его сторону и усмехнулся:

- И как это понимать?

Казалось, что вопрос товарища озадачил музыканта, но быстро опомнившись, он произнес:

- Ну ты же.

Лицо менестреля налилось краской.

- Может это просто удача? - предположил Ривз. Командир стражи выглядел хмурее, чем любая из дождевых туч, что до этого свирепствовали всю неделю. Он не ожидал, что сегодня лишится большей части своего жалования.

- Удача?! Он только что выкинул покер, а до это было два больших стрейта, каре и фулл-хаус! - чуть ли не возопил человек, который оказался владельцем кузницы с соседней улицы.

- Удача — это миф. - сказав это Дум ещё несколько раз бросил кости: два раза к ряду ему выпало каре, затем большой стрейт. И вот четвёртым броском, он наконец-то выкинул проигрышную комбинацию: две тройки, единицу и пятерку.

Метавшийся до этого по залу торговец, внимательно наблюдал за каждым новым броском. И вот, когда асест хотел было убрать кости - мужчина схватил его за руку, но инквизитор оказался быстрее.

- Слушай ты, асесткая морда! Я не знаю о чём лопочет этот толстяк, но я знаю одно точно - ты мухлюешь! Не знаю как.

Дело было в том, что Эдвард, всё это время слушавший их, подскочил к торгашу, когда тот начал оскорблять асеста и отвесил ему знатную оплеуху:

- На хер пошли. Оба. Прочь из моего заведения! - сурово процедил сквозь зубы экинец.

- Эд, ну ты чего? Мы же считай соседи, через дорогу от тебя живём.