Новый мир. Правила жизни

- Да, - кивнула женщина, - но что ему тогда нужно? Он не таится, но скрывает лицо обычным плащом. Для мага он необычайно силен и умел в драке. Как такое может быть?

- Да, это сложный вопрос. Вот ты и найдешь на него ответ. Иди.

Магистр смотрел на закрывшуюся дверь, погруженный в свои мысли. Будучи не только Магистром Тайной Канцелярии, но и негласным ведущим аналитиком графа, он был в замешательстве. Хоть и не выказывал этого подчиненным, но он, опытный, прошедший через все возможные интриги, сведущий в любых подобных делах, не понимал происходящего.

Если маг не скрывается, то почему остановился в дешевой таверне? Зачем он скрывается под простым плащом, но открыто ездит на очень приметном коне? Кто он вообще, черт возьми?! Какой он расы, какой силы, каких возможностей? Почти полное незнание очень сильно раздражало Магистра.

- Да что ему, разрази меня гром, нужно от юной графини?!

Маг такого уровня должен быть как минимум не молодым. Но по описаниям он явно моложе тридцати! Понятное дело, что маг мог магией подправить возраст, но его поведение! Какое-то ребячество, честное слово! И нет никакой связи или явной цели в его действиях! Это очень нервировало Магистра.

А Шелейла тем временем лежала в своей спальне, глядя в потолок. Она корила себя за то, что заставила незнакомца уйти. Но, честно говоря, она была даже рада тому, что смогла увидеть его лицо, которое несомненно понравилось графине. Незнакомец не был тем холеным красавчиком, как многие графские сынки.

Он был мужчиной в полном смысле этого слова! Мужественен, силен, лицо волевое, а поведение уж вообще ни в какие рамки не вписывающееся.

Девушка не могла признаться сама себе, что была влюблена. Она и раньше влюблялась, но это было еще в том возрасте, когда любовь возникает практически на пустом месте. Влюбиться в понравившегося менестреля, в какого-нибудь подчиненного отца или вообще в телохранителя! Но то были детские чувства, не серьезные. А тут...

При мысли, что она оскорбила Незнакомца до такой степени, что он больше никогда не придет, хотелось плакать.

А при мысли, что следующей ночью она может снова встретить в парке таинственного возлюбленного, сердце бешено заколотилось. Главное - сохранить это в тайне. Отец может осерчать и приказать изловить, да посадить в тюрьму незнакомца, а то и вовсе казнить. Он очень суров и просто бредит желанием выдать дочь удачно замуж, хоть и желает ей счастья, поэтому не потерпит никаких помех.