Белая Симфония Книга Первая "Трущобы и Корпорация Лоботомия"

Ты единственная, к кому я могу обратиться по этому поводу… Прошу, помоги мне снова видеть, я знаю что ты можешь…

Птица достала свои весы, чтобы измерить тяжесть грехов, но на этот раз ни Дэн, ни Павел не получили никакого урона, ибо их совесть была чиста. Дэн стоял неподалеку, оперевшись о стену плечом и смотря за всем. Птица же опустила весы, казалось бы, посмотрев пустыми глазницами сквозь повязку на Павла и сказав:

– К сожалению лишь скажу, что зрение больше не вернуть. – начала она довольно грустно, – но все-таки это не конец пути.

По левой щеке Павла покатилась слеза, понимая, что его жизнь никогда не станет прежней.

– Что я смогу получить взамен? Что я должен сделать?

– Все можно узнать со временем. Мгновенных результатов не бывает. Все еще предстоит узнать впереди. Могу тебе сказать, что я вижу далеко не зрением, – ответила она ему на вопрос.

– Но… как? Скажи мне… Прошу…

– Это тебе и предстоит узнать. Зная людей, обычно теряя одно чувство, у них обостряются другие.

Бывший капитан некоторое время подумал, после чего надел повязки на глаза. Поначалу ничего не происходило, из-за чего он уже хотел выговориться, но в глазах мужчины началась резкая боль, отчего тот скривился. В один момент она резко исчезла. Павел начал видеть, но совсем не так, как ожидалось. Он видел очертания комнаты в черно-белых тонах, видел саму птицу перед собой во всех ее цветах.

– Я… я вижу… я снова вижу, – повязка немного намокла от слез. – ...я вечно благодарен тебе.

Дэн был прислонен к стене уже всем телом, опираясь о нее ногой. Когда он услышал эти слова, он с облегчением глубоко выдохнул, после чего подошел к Павлу, положив руку ему на плечо.

– Все еще считаешь, что аномалии не имеют чувств и опасны? – задал Дэн вопрос Павлу.

– Я… Может и не все опасны, но и чувства не у каждой есть.

– Ладно, нам пора уже идти. К сожалению могу сообщить, что нам доступа в Архивный Отдел нет, – сказал Дэн, засунув руки в карманы штанов и пойдя к выходу первым.

Павел кивнул Птице Правосудия, встал с колен и аккуратно шагая вышел из камеры, все ещё придерживаясь за Дэна. Каждый его и Дэна шаг создавал белые волны на полу и краям стен.