Серебряный путь

Губы Люциана при этом не двигались, он лишь молча озирался по сторонам.

– Кого – её? – так же мысленно спросил Мак.

И в этот момент над поляной раздался леденящий душу смех.

Мак впервые услышал, как звучит этот смех в реальности, а не в воспоминаниях: как будто ледяные иглы проникают под кожу и замораживают кровь. Он в ужасе огляделся, но в темноте, окружающей костёр, ничего не было видно.

Повернувшись обратно, он ошеломлённо замер. Бессмертный маг стоял напротив него у костра, при этом фигура его вместе с одеждой, начиная с ног, медленно развеивалась по ветру, превращаясь в серебряный дым.

– Что это?! Что я могу сделать? – Мак дёрнулся к Люциану, но тот остановил его знаком руки.

– Я обязательно вернусь, но пока тебе придётся действовать самому. Возьми это!

Он вскинул ладонь высоко над костром, отправляя в полёт стебель травинки, который до этого крутил в руках. Только сейчас травинка была уже не полузасохшей, а серебряной и светящейся, и за ней осыпался след ярких белых искр.

Над костром нарисовалась чёрная тень, от которой протянулось что-то, похожее на щупальце. Собрав все силы, Мак прыгнул мимо тени, и его руки успели поймать травинку из серебра.

Плечо больно встретилось с землёй, в голове будто взорвались миллионы взрывов одновременно… а затем все звуки поглотила тишина.

***

На этот раз пробуждение было тяжёлым. Мак с трудом разлепил веки.

Обычно залитая светом комната в уютном домике Ренара и Корнелии, теперь казалась погруженной в сумерки, словно в ней, как и в мире, происходили перемены.

Этот образ что-то навеял Маку, но он никак не мог вспомнить, что именно он означает.

Наконец, произошедшее накануне навалилось леденящей пустотой, от которой стало трудно дышать. На секунду показалось, что он ещё не проснулся, ведь такое просто не может произойти в реальности…

Но если он задыхается, перестав дышать, значит, не спит.

Он попытался обратиться к нему мысленно, как делал это когда-то в тюремной камере, но ответа не последовало. Приподнявшись на кровати и оперевшись о холодную стену, Мак попытался попросить о помощи вслух – «помоги понять, что случилось, ты же всегда помогаешь, когда я прошу…» – но никто не откликнулся.

Страшно было себе признаться, что и без вопросов вслух ясно, что теперь всё не так.