Серебряный путь

– Нет, ну какая же странная семейка! – бросок кинжала в стену, характерный звук. – Особенно эта Алоиз, высокомерная сволочь!

Элиара вспомнила холодное презрительное выражение на лице правительницы Эранора, королевы Алоиз, покрутила кинжал вокруг одной руки и быстро перекинула в другую.

– Никакого почтения к дочери императора! – снова полёт кинжала через комнату, удар о стену. – Жаль, не пересекались раньше, и я так мало о ней знаю…

А ещё жаль, что правитель Эранора не мужчина – было бы куда проще.

За годы, прошедшие после смерти матери, принцесса настолько хорошо изучила природу мужчин, что теперь, добиваясь чего-то от высокопоставленных чиновников или глав королевств, всё чаще обходилась лишь словесными угрозами.

Стоило ей только появиться у ворот какого-нибудь богатого особняка со своей свитой, как владелец сам спешил навстречу, готовый расстаться с чем угодно, едва заслышав её имя… и готовый исполнить любые её желания, какими бы они ни были.

И всё благодаря точному расчёту и безупречной игре на слабостях этих высокопоставленных ублюдков.

Деньги, власть, женщины.

Вот три кита, на которых помешаны эти никчёмные представители противоположного пола.

И эти же три кита делают каждого из них уязвимым – благодаря огромному количеству проступков, совершённых ради своих похотей.

Стоило лишь пригрозить обнародованием этих проступков, даже малой их части, как несчастные тут же менялись в лице и выражали полную готовность сделать всё, что ей нужно.

Особенно забавно выходило, когда очередной испытуемый был любвеобильным человеком и посещал, кроме жены, много других женщин. Угроза рассказать жене о наличии любовниц, особенно когда таких любовниц больше одной, всегда действовала безотказно. Ещё эффектней выглядел этот трюк, если жена – дочь какого-нибудь высокопоставленного чиновника, от которого зависит благополучие мужа.

Хуже, когда человек не проявлял ни к чему из этих трёх китов никаких очевидных слабостей. Или когда на высокой должности – женщина. С женщинами выходило всё как-то очень запутанно, потому что в их действиях не было логики, свойственной мужчинам.

Вот когда приходилось поразмыслить над поиском уязвимостей и выбором индивидуальной системы воздействия.