Дурная кровь (Павел Веласкес-2)

– Обычный маршрут, Хуан. Сначала проверим, не подмешивают ли чего-нибудь в пиво в баре на углу Шестой и Цветочной. Рожа у хозяина уж больно подозрительная.

Вызов поступил, когда она давилась пончиками с черникой рядом с кондитерской на бульваре Первых поселенцев. Рунге вежливо ждал.

– Код 22-01, – ожила рация, на ветровом стекле появилась проекция карты с отметкой. – Площадь Сервантеса, перестрелка, всем патрулям.

– Чёрт, – выругалась детектив, поймав просящий взгляд патрульного. – Давай мы притворимся, что не слышали ничего? Нет? Хочешь посмотреть, как одни люди убили других людей? Чёрт, ладно, поехали.

Машина рванула с места так, словно под капотом стоял реактивный двигатель. Молодой патрульный не мог упустить такое серьёзное дело, и гнал что есть силы. На место они прибыли через двенадцать минут после вызова, к этому времени площадь уже оцепили, и приехавшие раньше них полицейские выводили людей с открытых мест. Возле закусочной Хорхе стояли две машины парамедиков, и ещё одна уезжала в сторону Верхнего города.

– Что вы тут делаете, второй детектив? – послышался сзади голос.

Волкова обернулась, сплюнула, и выругалась так мастерски, что стоявший неподалёку пожилой полицейский уважительно на неё посмотрел.

Сержант Уэст из первого участка полиции Нижнего города был неплохим человеком, в другом месте и в другое время Настя с ним бы договорилась и наверняка смогла тоже поучаствовать в расследовании, но момент был явно неудачный. Лейтенант Понизов должен был уйти на пенсию в этом году, Уэст метил на его место, и сейчас из кожи вон лез, чтобы показать свою исключительность, раз уж такое дело выпало. Другим детективам отводилась в роль пчёлок, собирающих мёд улик и несущих в улье его, Уэста, успеха, а всяким понаехавшим патрульным, вроде Насти, место было в оцеплении.

– Переаттестация через семь месяцев, – напомнил он Волковой, когда та заикнулась о том, что тоже, в общем-то, детектив. – Надеюсь, эту ошибку исправят, и ты наконец будешь с нами. А до тех пор, Стейси, не мешайся под ногами.

– Фрэнк, ну пожалуйста, – Настя постаралась изобразить на лице самое жалобное выражение из ей доступных. – Ты же знаешь, каково это – сидеть в патруле.