Хвостатый маг

– Ваше величество, а ведь вы это все уже знаете, – рискнул предположить я, когда на мое сообщение, что человечество давно освоило космос, он только рассеянно кивнул. – Откуда?

– Я ведь говорил тебе, что знаю кое-что о твоем мире, – не стал скрывать Грайц. – Не ты первый попадаешь сюда, и многое из всего этого я уже слышал.

– Расскажите! – загорелся я.

– Как-нибудь в другой раз, – поморщился он. – Сейчас мне хотелось бы не просто расспросить тебя впопыхах, а тщательно записать все ответы, чтобы потом изучить их более вдумчиво.

– Зачем вам это?

– Возможно, буду учитывать эту информацию при написании новых законов. Судя по всему, ваш мир сильно вырвался вперед в области технологий, но у нас есть магия, и нам лучше развиваться именно в этом направлении, используя иногда и ваши методы.

– А разве законы пишете именно вы?

– Конечно, кто ж еще. Нет, у меня есть советники, но в основном это моя обязанность. Не так, как у вас – ответственность парламента. Фу, какое мерзкое слово. Да и разделение властей – полная чушь.

– Ваша абсолютная монархия тоже имеет недостатки! – возмутился я.

– При должном внимании и сообразительности их можно избежать. А когда президентом может стать любой излишне амбициозный фермер, строитель, а то и простой актер, – вот где полный хаос! Сотни человек принимают законы, сотни судят, сотни исполняют… Лишь бы не работать, дармоеды! Такая нагрузка на бедных крестьян. Вот у нас: на один город – один судья и пара его коллег. Три палача. Отряд стражников. И достаточно.

– У вас в стражниках – вампиры и боевые маги! – возмутился я.

– Вот именно. Так что технологии, конечно, хорошее дело, но не хотел бы я жить в вашем немагическом мире. Слишком часто у вас прав тот, кто кричит громче. Ты не отвлекайся. До завтра мне надо еще многое у тебя расспросить.

– А как мы поедем завтра? – Полюбопытствовал я. – Местные леса переполнены вампирами, которые нас ищут.

– Не знаю, пока не знаю, – нахмурился Грайц. – Но нам надо торопиться – хотелось бы поскорее вернуться на трон и освободить… Всех, кто пострадал во время переворота.

Я понял, что он имеет в виду свою беременную жену и представил, как он переживает о ней, хоть и старается этого не показывать. А вся его бурная мыслительная деятельность – всего лишь попытка отвлечься от мрачных мыслей. Я вздохнул и покорно продолжил вещать о своем мире дальше.