Гильдия Злодеев. Том 1

Эдмунду достаточно было на день покинуть по делам замок, как связь в родовой печатью Римуса пропала и он ввязался в непонятную историю. Несложно догадаться, что тут что-то нечисто.

Эдмунд позволяет себе поморщиться:

— Тебе не стоит о нем переживать, Эльвина. Он бастард и ты знаешь меня — я не могу передать власть такому, как он. Эрмин меня устраивает. Я не против, если наш Дом станет первопроходцем в отношениях двух рас.

И это чистая правда. Эрмин хоть и с рождения под опекой матери-эльфийки, но и Эдмунд над ним втайне поработал.

Парень не опозорит Дом, хоть и будет крайне лоялен к эльфам. Но это даже к лучшему. Первый Дом в Варгоне, который сблизит людей и эльфов. Или... подомнет под них весь человеческий род...

Эльвина улыбается. Эдмунд знает эту улыбку. Она видит тень замешательства в супруге:

— По замку ходят слухи, что ты вычеркнул Римуса из родовой книги. Теперь он никто. Я никогда этого не просила. Достаточно было вписать его ненаследственность, а не лишать имени.

— Да, так и есть.

Парень очередной раз опозорил Дом. Больше терпеть его я не захотел. Не вижу радости на твоем лице. Разве ты не ненавидела его?

Улыбка на лице Эльвины становится чуть шире:

— Ненавидела? Вовсе нет, дорогой. Скорее я испытывала... жалость к этому несчастному существу. И недоумение, почему он раньше не был лишен прав на наследование... Ты терпел его до последнего. Но что если бы что-то случилось с Эрмином? Тогда Римус стал бы главой Дома. Разве ты этого не боялся, муж?

— Очень сомневаюсь, что его бы приняли при дворе.

Бастард-пьянчуга во главе Дома? Ты плохо знаешь людей, Эльвина.

— Я отлично знаю людей. В вашей истории нередко на тронах восседали немыслимые глупцы. Вы живете недолго и меняете королей, как перчатки.

Эдмунд какое-то время молчит, переводит взгляд на масляную картину его прадеда, у которого было пять сыновей...

Голос Эльвины выбивает его из раздумий:

— Мне показалось, что Римус сегодня слегка... другой. Знаешь, дорогой, я всегда замечала, как ты ненавязчиво испытывал его.

Немножко там, немножко здесь. Ты рассчитывал, что его можно исправить, да?

Предсказуемая проницательность жены начинает утомлять Эдмунда. Он закрывает глаза, откидывается на троне:

— Да-а-а, была надежда, что из него выйдет хотя бы путный гвардеец. Он единокровный брат Эрмина, и они вроде неплохо ладили. Римус мог бы стать ему опорой и защитником. Но... это бессмысленно. Мальчишка не хочет расти.

Недолгая тишина.