Троецарствие IV. Герцог

Это что, получается, я сейчас вижу импульсы их эмоций? Их мысли?

Похоже на то! Он среагировали на опасность, но не индивидуально, а как команда, даже как один организм. Большинство бойцов сосредоточились на предполагаемом источнике, другие же закрыли менее опасные, но все равно потенциально недружественные направления.

Но главное — и это было самым важным выводом в моем эксперименте — ци начала двигаться раньше, чем воины! На секунду, может, долю секунды, но раньше!

«Да ты чертов гений, Бессмертный У! — захотелось воскликнуть мне.

— Здесь никого нет, господин, — парочка телохранителей к этому времени закончили с проверкой указанной палатки и вернулись с докладом. — Ветер, возможно.

— Возможно, — с каменным лицом ответил я. — Продолжим путь.

От открывшихся возможностей у меня даже голова закружилась. Видеть движение раньше, чем его совершают люди. Не техника, но умение! Постоянно действующее причем. Для Стратега это просто невероятно крутая штука! Конечно, доля секунды на поле боя мало что решает, но все равно здорово! А если применить это умение в личном поединке?

Решив не затягивать с ответом на данный вопрос, я сменил курс и вместо своего шатра прибыл к палатке Пирата.

— Я думал, что ты уже лег спать, старший брат, — позевывая, произнес Гань Нин, выходя на улицу. — Что-то стряслось?

— Нужно кое-что проверить, — кивнул я.

— Нам с тобой?

— Верно.

— Зачем?

— Я потом все объясню.

— Но, старший брат… — замешкался с ответом Пират. — Прости, но у тебя нет шансов против меня в драке.

— Это неважно! — отмахнулся я. Спрыгнул с коня и отвел побратима подальше от телохранителей, попутно приказав им не вмешиваться. — Ударь меня!

Чем мне нравились люди этой эпохи, так это легкостью восприятия. У нас такого уже не было. Начали бы говорить всякую фигню, десять раз переспросили бы, уверен ли я, в порядке ли моя голова или вообще — что они против насилия и за мир.

А Пират просто врезал мне в грудь. Ну и что, что друга бить неприлично — он же сам попросил. Цельная, короче, натура. Никаких внутренних противоречий.

Удар был сделан вполсилы, надо полагать, он все равно вышел достаточно мощным для того, чтобы мои ноги оторвались от земли, и я приземлился на пятую точку, судорожно пытаясь вздохнуть.

— Так? — спросил он, ехидно улыбаясь.