Путь в Альвиору

 

Не знаю, что мне помогло — природная ли ловкость альва, или то, что с перепугу я мобилизовал все доступные мне ресурсы виртуального организма — только туша свиньи-зомби пролетела в считанных миллиметрах от меня, и с разгона врубилась в толстый ствол дерева. Я еще раз убедился в совершенстве искусственного интеллекта «Гриады» — полоса жизни над головой твари замерцала и едва заметно убавилась. И это только от того, что тварь в дерево врезалась! Может, шансы все же есть?

Не теряя времени, я выхватил два метательных ножа и один за другим швырнул их в разворачивающуюся тварь.

Та тонко взвизгнула и снова ломанулась вперед. Я, будто решив ошеломить противника, устремился к нему на встречу.

Удивить свинью не удалось – для этого она была слишком тупой. Но зато мой план воплотился в жизнь. Когда до кабана оставалось пара шагов, я резко оттолкнулся от земли, и взмыл в воздух, перелетев через атакующего врага. Резко развернулся, оставив в мягкой земле две борозды от кожаных сапог, и снова метнул два ножа – по одному с каждой руки.

После второго броска возникло сообщение о нанесенном критическом уроне, и лайфбар свинки еще немного просел. 

Ха! А ведь мне, кажется, удалось разработать тактику. Мой соперник силен и быстр, но при этом ужасно неповоротлив. Если продолжать пользоваться этим – раунд может закончиться в мою пользу.  Эх, мне бы что-нибудь серьезнее стартовых ножей, подобранных вскоре после появления в игре – глядишь, я бы и заборол свинку. Хотя еще побарахтаемся. 

Кабан снова взревел, устремившись в атаку, я, повторяя маневр, кинулся к нему навстречу…

… и едва не поплатился.

 

Мягкая подошва сапога потеряла сцепление со скользкой травой, и я рухнул на землю. Тут же накатила волна зловония, источаемого хрюшкой, я почувствовал сильный удар в бок и взмыл в воздух. 

Эй! А какого хрена так больно?

Перед погружением игра предупредила меня, что в «Гриаде» используется инновационная система передачи ощущений и предложила настроить фильтры. Только когда я их настраивал – мне почему-то казалось, что относится это как раз-таки ко всем вот этим запахам-цветочкам, ну, может еще к посещению игровых домов терпимости – но никак не к боли! Да какого хрена вообще, живодеры, блин!

Я упал в траву, корчась от боли и прижимая ладони к окровавленному боку.

Да-да, именно окровавленному. Из круглой раны толчками выплескивалась кровь, и с каждым толчком полоса жизни проседала все сильнее, медленно, но неотвратимо заваливаясь в оранжевую зону.