Несвятая троица

В лесу я поглядывал по сторонам, держа арбалет на боевом взводе. Диана обмолвилась о разбойниках на дорогах, да и дичь бы нам не помешала. Когда я раньше читал книги о приключениях, многое воспринималось как реальность. Лишь теперь, когда я сам угодил в переделку, я понял, из чего эти приключения состоят на самом деле. Оказывается, большую часть времени ты куда–то бежишь, а все оставшееся тратишь на то, чтобы найти, чего–то пожрать. Полночи я потратил на то, чтобы поймать и перерезать всех кур, потом ощипать и освежевать их.

Та еще работка, я вам скажу. Повезло, что был небольшой навык, в свое время я баловался охотой на уток.

Спать хотелось невероятно, но нам нужно было хотя бы перейти лес. Диана была уверена, что нас будут искать, поэтому в кратчайшие сроки следовало оказаться от хутора подальше.

Спустя пару часов лесная дорога уткнулась в полуразвалившийся мостик через небольшой ручей. По трем сохранившимся бревнам могла пройти лошадь, но телегу мы бы точно не смогли протащить. К этому времени дети с трудом передвигали ногами и спали просто на ходу.

Мне ничего не оставалось, как объявить привал. Терим и Динари просто повалились на траву где стояли и заснули. Рядом с ними уселась Ира. Выглядела она неважно. Мешки под глазами, сами глаза красные. В общем, порой краше в гроб кладут.

— Что? — Невесело усмехнулась она, заметив, что я оглядел ее с головы до ног. — Не модель, да? Что делать будем?

— У нас особого выбора нет, — ответил я. — Набери в котелок воды, курицу сварим.

Сейчас я костер разведу, потом подумаем, как мостик починить.

Валежника в лесу хватало. Я набрал сухих веток в ближайших кустах, стараясь не терять поляну из виду. Чиркнул зажигалкой, подобранной еще в поезде, и огонек весело принялся жевать дерево. Воткнув в землю вырезанные из похожего на орешник кустарника рогатины, я подвесил котелок над костром.

— Ирка, следи за костром, — отдал я указание, потому что девушка явно собиралась подремать. А мне надо было заняться делом — починить мост.

— Где это мы? — Раздался хрипловатый голос, и я резко обернулся к телеге. Вадим протирал глаза, оглядываясь вокруг.

— Очнулся, — констатировал я. — Ну, рассказывай!

— Что рассказывать–то? Андрюх, попить есть?

Я отстегнул от пояса флягу–орех и подал ему. Он жадно присосался к горлышку.

— Почему старик умер? — Первым делом задал я ему мучавший меня вопрос.

— А он умер? — Переспросил Вадим. — Ну, значит, туда ему и дорога.