Несвятая троица

— Твоя девушка, — уточнила она. — Она красивая?

— Очень, — серьезно ответил я. — У нее карие глаза, удивительное лицо и красивая фигура. А еще она очень добрая и доверчивая… — Вздохнул я.

Девчонка кивнула, что–то уяснив для себя.

— И ты не побоялся похитить меня ради нее? Ты знаешь, что мой отец перевернет весь город и обязательно меня найдет?

— Вряд ли он станет это делать, — сообщил я ей и рассказал, что было написано в письме, оставленном ее матери.

— Ты все равно сумасшедший, — Маниша покачала головой.

— Но мне это нравится, — вдруг сказала она, а я в изумлении уставился на нее. — Ты на такое пошел ради любви… А вот меня никто так не любил, — она вдруг погрустнела. Потом посмотрела мне в глаза с непонятным выражением. — И ты действительно убьешь меня, если родители не выполнят твои требования?

— Нет, конечно, — покачал головой я. — В этом случае тебе еще некоторое время придется побыть со мной. Но вот волосы твои мне придется отрезать, иначе твой отец мне не поверит до конца.

Не все, так, маленький кусочек.

— Нет уж, — покачала головой она. — Отрежь все, пожалуйста.

Я повторно за последние несколько минут выпал в осадок.

— Терпеть их не могу, — сказала она, собирая волосы в хвост. — Мой их каждый день, расчесывай, потом суши и укладывай. Бе! Я давно хотела короткую стрижку, но мать ни в какую не позволяла: «девушке из высшего общества неприлично носить стриженые волосы», — передразнила она. — И отец вечно орал на меня, стоило только заикнуться.

Теперь хоть с короткими похожу!

— Тогда я рад, что могу хоть в этом тебе помочь, — нашелся я, доставая заранее приготовленные ножницы. Сама отрежешь или помочь?

— Сама! — Решительно ответила девочка и слезла с кровати. Шлепая босыми ногами по паркету, подошла к зеркалу и взяла ножницы из моих рук. Несколько секунд рассматривала себя, потом собрала волосы в хвост и несколькими движениями кривовато обкорнала себя. Получилось что–то вроде каре.

— Давай подровняю, — усмехнулся я.

— Давай, — согласилась она, передавая мне ножницы.

— Есть хочешь? — спросил я, придав стрижке хоть какую–то видимость симметрии.

— Хочу, — кивнула она, рассматривая свою новую прическу. — А мне идет, правда?

— Очень, — согласился я. Ей и правда шло. — Забирайся на кровать. Поскольку ты пленница, мне надо тебя приковать, пока я пойду за едой.

— Ладно, — вздохнула она и вернулась на ложе.