Якудза из другого мира 10

А я женщина! И я ощущаю себя женщиной! Мне так тошно, что я готова на всё! Когда этот пришелец появился здесь, то моя кровь снова заиграла! Снова стала горячей! Всего лишь несколько мгновений, но мне показалось, что я снова живу! И я страстно захотела вернуться. Страстно захотела ощутить себя живой.

– Но ты же знаешь, что для твоего перехода нужны множественные смерти…

– Знаю, – с улыбкой ответила Оива. – Знаю и понемногу продвигаюсь к этому… А мой Идущий во тьму охотно мне в этом помогает. Он думает, что делает добро…

Аматэрасу удивленно распахнула глаза и приложила руку ко рту:

– Ты не сказала ему про статуэтку? Ты просто используешь его втемную?

– Да, Аматэрасу.

Самые сильные и храбрые воины получаются из тех, кто истинно верит в то, что творят добро. Поэтому скоро наступит время, когда этим всем, – Оива махнула рукой в направлении стоящих мертвецов, – придется здорово потесниться. Мне осталось совсем немного…

– Но другие боги не допустят этого, – помотала головой Аматэрасу.

– Другим богам надоело прозябать на небесах.

Им хочется развлечений, а я… Моё развлечение будет такое, что успевай сакэ подносить и суши закусывать. Не мешай мне играть, Аматэрасу, а то…

– А то что? – нахмурилась богиня солнца.

– А то Идущий во тьму доберется и до тебя, – усмехнулась Оива.

***

– Я сейчас сдохну! – простонал Киоси, подтягиваясь и запрокидывая ногу на очередной ледяной выступ.

Там он перевалился и замер, тяжело дыша и глядя в небо. По синему полотну шастали очень близкие облака – протяни руку и завязнешь, застрянешь в пуховой махине.

А эта махина стянет тебя с твердой точки и утащит прочь, чтобы потом сбросить где-нибудь над клыками скал в глухой расщелине.

– Не сдохнешь! – буркнул я в ответ, забираясь и садясь рядом. – И не такое выдерживали.

– Да мои бубенчики уже замерзли! Они позвякивают при каждом движении! – попытался воззвать к мужской солидарности тануки.

– Могу вырвать, чтобы звоном не выдавал наше местоположение, – предложила Шакко. – Всё для хорошего дела…

Она тоже вскарабкалась на уступ и села, тяжело дыша и выпуская паровые облачка изо рта.

– Да? Вообще-то после твоих слов бубенчики втянулись и в ближайшие полгода совсем не собираются выходить наружу, – пробурчал тануки.

Мы находились на высоте около двух тысяч метров над уровнем моря. Примерно на середине горы Джомолунгма, которую ещё называют Эверестом. Что мы тут втроем делаем и за каким хреном нас сюда понесло?

Пффф, ответ прост и укладывается всего в два слова – сэнсэй Норобу.