Боец среди магов. Ученица некромага

Мне хватало уже того, что видел своими глазами. Разжёвывание — непозволительная роскошь, когда имеешь дело с таким серьёзным существом, как этот некромаг. Слов на ветер такой товарищ не бросает, в этом нет сомнения. И ничего просто так не делает.  

Собирая мимоходом толпу зевак, мы прошли на площадь, где дома стояли полукругом на некотором отдалении от небольшого неработающего фонтанчика. Похоже, что при графе деревенька не бедствовала. Но былое богатство постепенно померкло под гнётом суровой реальности.

 

Ох, Кайну бы сюда, послушать, какими словесами я начал обвешивать свой рассказ… Но ей лучше там. 

Я поставил невидимых старосту и его коллегу бородача на колени, лицом к жителям деревни. Так же замер и учитель. Он осмотрел кислые, подозрительные лица собравшихся и приподнялся на бортик фонтана. Один вид его внушал трепет простому люду, но аурой он, очевидно, специально не давил, дабы не произвести излишнее впечатление, не посеять панику. 

Учитель заговорил, и голос его, усиленный магией, мягко покатился над головами людей:

— Меня зовут… Зовите меня просто Господин, — начал он, повелительно приподняв подбородок, словно прямо сейчас приказывал всем произнести его имя.

— Я новый владелец замка. Как и почему — вас не касается. А что касается… Два факта, — к этому моменту он уже завладел вниманием толпы. Без магии не обошлось. Или ещё может быть, что некоторые слои ауры он всё же использует. Чтобы ему внимали и не помышляли отвлечься. — Первый. Этой ночью вы все умрёте.  

Секунда, и тишину разорвал недоверчивый гомон. А умеет же произвести впечатление. Стоит поучиться у него, как строить свою речь. Ну-ка, что у нас дальше? 

Чуть повысив голос, чем снова вернул взгляды к себе, учитель продолжил:

— Джасмаль, более известный вам как господин Джа, в спешке покидая это место, забрал с собой источник, питавший щиты на ваших домах, — соврал он. Некромаг болтается на прежнем месте, пришпиленный к стенке. Пока Кайна спала, я показал учителю все ключевые точки в замке.

И ловушку, в которую вляпался сам, кстати, тоже. — И мне было бы срать на всю эту ситуацию, если бы не второй факт.

Он повел рукой, и в моих, сжатых на невидимых воротах пленников пальцах теперь красовались двое побитых крестьян. 

— Эти, — брезгливый кивок, — с тремя подельниками решили, что им позволено поднимать руку на гостей моего замка. Моих гостей! — От громыхнувшего голоса учителя, толпа в испуге замерла.