Царетворец. Волчий пастырь. Книга пятая

Она же в этот момент взмахнула руками, разводя их в стороны - в этот момент за ее спиной вдруг выросли огромные и яркие огненные крылья. Резко сводя руки, Доминика хлопнула в ладоши - крылья зеркально повторили ее жест, прянув вперед совсем как тогда, когда недавно перед нами создавалась дорога в небеса.

Дьявол, в которого ударил поток оранжево-черного пламени, отлетел далеко прочь. Потеряв равновесие и ориентацию, он безвольной куклой покатился в сторону Пантеона. Его огромная туша ударилась в стену в углу крыльца, множа разрушения.

Две сохранившихся с этой стороны колонны (из трех) и часть восточной стены рухнули прямо на Дьявола, погребая монстра под каменными обломками.

- Ох нихерашечки себе, - негромко пробормотала Доминика.

Отзвуки силы сотворенного ею заклинания оказались столь велики, что удивилась все, даже она сама. Но более всего удивились бесы, собравшиеся по краям площади. Бесы, которых в большинстве эхом огненного взрыва оглушило или бросило на брусчатку.

С глухим ревом - в котором чувствовалась боль и отчаяние, Дьявол пытался выбраться из-под камней.

При этом рокот его рева разносился заметно тише - силы у демонического божества явно поубавилось. Собравшиеся вокруг бесы, его паства, своими глазами наблюдали крушение могущества.

Неудивительно, тем более с бесами - такая уж у них порода, потеря веры произошла моментально. Это люди могут сотни лет сохранять веру даже в падших богов, бесы же - крикливые, жадные, истеричные и глупые, они ведь совсем другие. Живут в пределах одного момента.

Так что полагаю, я даже немного перестарался с осторожностью и широтой замысла. Можно было без этих показательных плясок рога демону обрубить, и на этом все сразу закончить.

Доминика двинулась вперед - туда, где Дьявол, из божества превратившийся просто в огромного и сильного демона, пытался подняться. Но едва он выбрался из-под каменных обломков, как вновь свистнула плетка Филиппы, обвиваясь вокруг единственной уцелевшей колонны, притягивая к ней шею Дьявола. Черный змеящийся хлыст натянулся, заставив монстра поднять голову - к колонне его шея оказалась притянута крепко-накрепко.

- Теть, ну зачем, - сквозь зубы произнесла Доминика. В голосе ее мне послышалось раздражение, хотя внешне она этого не показала. Странно, что это она хочет сейчас сделать, если недовольна вполне логичными действиями Филиппы - бросил я короткий взгляд на Доминику. Но больше все же наблюдал за Дьяволом - изменения могущества силы которого уже видны невооруженным взглядом.