Сильнейший ученик. Том 1

— попытался возразить я и замер, не понимая этого ощущения.

Это имя вроде и было моё, и в то же время я чувствовал, что было что-то ещё, но вспомнить не получилось.

— Теперь всё будет хорошо, Адриан, — произнёс он успокаивающим голосом, и мои глаза сами собой закрылись.

***

С момента моего такого необычного пробуждения прошло несколько недель и только сейчас в голове более-менее всё устаканилось.

Меня зовут Адриан Матсари и это уже не вызывает чувство отторжения, как было в первые часы моего двойственного состояния.

Из-за этих ощущений я мог просто замереть на месте, не в силах пошевелиться, пока мысли вновь не приходили в порядок. А то из-за того, что я подобное состояние не контролировал, меня оно могло застичь в самый неподходящий момент, да и сумбур в мыслях, когда размышления перескакивают с одной темы на другую без какой-либо связки... Подобное как минимум неприятно, но, по крайней мере, никто этого не заметил, и для большинства моё необычное состояние так и осталось незамеченным.

Как объяснил Старейшина, это была связано с тем, что я умер, но меня смогли вернуть обратно к жизни. И вроде бы я ему верил, но было в этом существенное но...

Я помнил себя Адрианом Матсари, сыном любящих родителей Раэль Матсари и Гиро Матсари, старшим братом Самины Матсари, которая во мне души не чает. Парнем лет семнадцати, который в этом году должен был окончить школу и поступить в академию, чтобы получить желаемое высшее образование. Всё, как уже давно было спланировано, и в принципе было вполне типично для парня моего возраста.

И в то же время я чувствовал себя на десяток лет старше. Я знал, что любил создавать музыку и в результате аварии был лишён этой возможности — руки полностью отказали. Мне в течение нескольких лет пришлось пережить множество операций, и вот последняя из них должна была вернуть мне чувствительность в руках до приемлимого уровня, но, видимо, что-то пошло не так.

Причём эту последнюю часть я ощущал смутно, будто полузабытый сон из далёкого прошлого, и в то же время она делала меня несколько иным, не тем, кем я был до этой смерти, которая вроде и не была смертью.

Непросто описать подобное состояние, когда и сам не понимаешь, что испытываешь. Главным же моим успехом было то, что я, кажется, не тронулся умом. Сложно утверждать подобное наверняка, когда чувствуешь, будто до определённого момента жил двумя жизнями, а сейчас у тебя только одна.