Ловец солнца

В трясущихся руках Риз сжимал филейный нож. Тонкое острое лезвие в слабом свете казалось черным от крови.

— Убью, — буднично и от этого особенно жутко произнес Кайден.

— Не надо никого убивать, — прохрипела Ева, пытаясь сесть. От каждого движения по телу проходилась волна боли. Начиналась она в боку и доходила даже до кончиков пальцев на ногах.

Сесть удалось лишь с помощью Суло.

— Не отнимай работу у особняка. А то еще обидится.

— Ты собираешься его уничтожить.

— Именно! Всего-то уничтожить. Я не краду его добычу.

Кайден чувствовал себя побежденным. Он не мог постичь причудливую логику Евы, как ни пытался.

— Вы бросили меня, — захныкал Риз. — Оно хотело убить меня, а вы бросили…

— Ну, ты как будто бы все еще жив, — заметила Ева. Она зажимала рану ладонью и озабоченно хмурилась. Боль была сильной, но не невыносимой. Куда больше ее беспокоила стремительно намокающая рубашка.

Ева не разбиралась в ранениях, но не могла отделаться от мысли, что может умереть от кровопотери раньше, чем воплотит в жизнь свой самоубийственный план.

— Отпусти, пожалуйста, ребенка и помоги мне, — попросила Ева.

Кайден хмыкнул. Он не знал, сколько Ризу лет. Может, пятнадцать, а может, и семнадцать… Было смешно слышать подобные речи от девятнадцатилетней Евы, которую в некоторых уголках мира и саму еще назвали бы ребенком.

Но Риза он отпустил, хорошенько встряхнув напоследок и отобрав нож.

Помог Еве подняться на ноги, придержал за плечи, когда ноги ее подкосились и она едва не рухнула на пол.

— По правде сказать, меня никогда раньше не протыкали ножами.

— Я могу убить тебя, — предложил Кайден, он умел делать это быстро, — и ты вернешься в комнату на втором этаже. Совершенно здоровой.

Она посмотрела на него как на сумасшедшего.

— Ты имеешь в виду тот самый второй этаж, в коридоре которого мы в последний раз видели монстра? Хочешь, чтобы я в одиночку там осталась? Вот уж и не мечтай. Я лучше потерплю.

Настаивать Кайден не стал. Они нашли чистые полотенца и туго перебинтовали живот Евы.

Риз не пытался больше нападать, он забился под стол, накрыл голову руками и скулил о том, что они его бросили.

Ева, потерявшая все свое дружелюбие вместе с некоторым количеством крови, раздраженно его одернула:

— Тебя бросили твои дружки. И тебе бы стоило этому радоваться… они-то все уже мертвы.

Риз затих на несколько секунд и заплакал.