Легенда о Лазаре 10. Ключ ко всему

За несколько секунд кокон разросся до десятка метров в поперечнике, а потом вдруг лопнул, будто воздушный шарик.

Вместо бескрылого и безногого алкарн на мир взглянул огромный паук на дюжине тонких ножках-палочках, с раздутым, покрытым какими-то болезненными наростами брюшком, истекающими ядом жвалами и десятками глаз, хаотично разбросанными по головному отделу членистоногого.

Самый старый человек в мире и самый старый алкарн в мире были вынуждены выложить на стол все свои козыри и рисковать жизнями в противостоянии с кем-то, кому было меньше века.

Более того, ни у Ол Эры, ни у Хиаллы не было никакой уверенности в победе или хотя бы достойном проигрыше. Однако одному сдаться не позволяла гордость, а второй – ненависть. Не сговариваясь, на их уровне можно было довольно легко читать чужие заклинания и то, как их можно лучше использовать, пара атаковала.

Поток нитей, в десятки раз больший, чем тот, которым древний алкарн атаковал раньше, выстрелил в сторону дракона.

А благодаря Хиалле каждая нить из сотен и тысяч окрасилась в льдисто-голубой, замораживая влагу в окружающем пространстве, и даже сам воздух начал оседать на поверхности сферы капельками застывших кислорода, азота и углекислого газа.

Дракон же всё это время просто продолжал висеть на одном месте, дожидаясь, пока его противники закончат. Лазарис хотел победить их так, чтобы ни у кого во всей Сфарре больше не осталось даже минимальных сомнений в его подавляющей мощи.

Момент действовать наступил, когда сотканная Ол Эрой сфера, похоже, достигнув удовлетворяющей древнего алкарн толщины, начала сжиматься, угрожая сдавить Дракона, превратить в кусок льда и сломать, как хрупкую скульптуру.

Пламя, покрывавшее шкуру крылатого змея, поутихло, через него стало возможно даже разглядеть отдельные чешуйки, а сам Дракон свернулся в клубок, словно самый огромный и самый ужасающий в мире кот. Прошла секунда, вторая, третья…

Паучья сфера продолжала уменьшаться, сжавшись уже почти втрое. И уже могло показаться, что это конец, но бьющееся в драконьей груди сердце с каждым мгновением продолжало аккумулировать в себе энергию.