Легенда о Лазаре 10. Ключ ко всему

А, во-вторых, хотя он и принял свой полный возраст, лишний раз вспоминать о Земле не хотел. Эти воспоминания для него были наполнены лишь болью и неизбывной тоской.

Айна, воспитанная в традиции, уделявшей этому дню совершенно особое значение, то и дело пыталась как-то уговорить мужа отмечать хотя бы формально в любой понравившийся день календаря. И пару раз этот спор заканчивался скандалом.

Решила вопрос Эльма. Когда отмечали её шестилетие, девочка спросила, когда они будут отмечать день рожденья папы.

Сегодня, по негласному соглашению с самим собой, Лазарис отмечал девяносто лет. Тридцать лет он провёл на Земле, почти тридцать – на Люпсе, и вот, как-то незаметно, ещё три десятилетия подошли к концу.

Очень… насыщенных десятилетия. Хотя, на самом деле, если оглянуться в прошлое, вся его жизнь была далека от спокойствия. Смерть матери, когда ему не было и семи, ранний и, прямо сказать, несчастливый брак, смерть ещё не родившегося ребёнка, переезд, а скорее, даже побег в другую страну…

И это ведь было только самым началом.

Ему хотелось, очень хотелось поддаться этому соблазну. Махнуть рукой на месть, на культ, на Грехи и Добродетели, на Первого, осколком души которого он был. Остаться тем, кем он был здесь и сейчас, в этой кондитерской лавке посреди обычного дня.

Но это было невозможно. Горящую в его груди ярость невозможно было затушить. Он был Мастером Хаоса. Любви ни к жене, ни к дочери, к сожалению, этого было не изменить.

И Айна, как бы горько ей ни было, это понимала и принимала. Этот его день рождения должен был стать также последним их днём в этом мире.

Лазарис исполнил своё обещание: он остался с ними и за пятнадцать лет ни разу даже словом не обмолвился о возвращении в Сфарру. Однако она, знавшая своего мужа, может быть, даже лучше, чем он сам, видела, как медленно копится в нём тьма, и не хотела просто смотреть.

Возможно, она поступала глупо. До того, как эта тьма выйдет из берегов и захлестнёт Мастера Хаоса с головой, прошли бы годы, возможно, даже века. В этом мире, как она и хотела, они могли прожить не одну человеческую жизнь в тишине и покое.

Но, как он подавил свою гордыню и свои порывы ради неё, так и она решила, что не станет его удерживать.