Торнан. Книга II Последнее звено.

Пробежавший мимо монах одобрительно взглянул на грозно нависшего над служкой громилу, –мол, правильно, нечего давать спуску всякому мужичью...

Забрав у мужичонки тачку, он небрежно вытряхнул дрова на пол.

–А тележку позвольте, милосливый пан... –робко осведомился тот.

–Пшел отсюда! –рыкнул Торнан. Тот торопливо, пятясь задом, выскользнул из камеры.

Торнан вдруг стало безотчетно жаль этого жалкого забитого человечишку.

Раб в десятках поколений, исконный обитатель этих сирых краев, никогда не знавших даже куцых вольностей что судьба уделила югу и востоку, для которого извечно любой паршивый лорд был земным богом, а любой кто с мечом или дубиной –господином.

..

…Беспрепятственно он скатил тачку с «трупом», по дощатому пандусу: видать, трупы тут возили регулярно, и выехал из главного входа Серого замка, который даже не охраняли. Глазам Торнана предстал широкий двор, заполненный различными строениями: казармы, кордегардии, кузницы, конюшни. В углу располагался старый колодец, чей каменный грибок зарос зеленым мхом.

Огромный донжон возвышался над четырьмя толстыми угловыми башнями. На большой виселице ветер покачивал закостеневшие тела пяти повешенных. Мимо пробегали солдаты с копьями и арбалетами в руках, монахи инквизиции, чиновники, рядовые служители Митры, держащиеся как зайцы, попавшие на волчью свадьбу.

Толкая перед собой тележку, он приблизился к воротам.

Та-ак, а это что за дела? Возле ворот переминался с ноги на ногу Чикко, а подле стояла волокуша где свернулась калачиком амазонка.

Не раздумывая, Торнан приблизился.

–Эй, там! –рявкнул он.

На крик из караульной будки выскочили солдаты. Вид у них был явно не геройский – старая кожаная броня с роговыми накладками, сохраненная, видать, в сундуках с дедовских времен, кое-как заточенные копья на свежевыструганных древках не самого лучшего дерева, и дубовые, обитые плохим железом шлемы.

Подумав, Торнан решил, что всей этой своры деревенщины его ребятам бы хватило бы минуты на две.

Ладно, наглость –второе счастье, как говорят картагунийцы.

И смело двинулся к ним. Те поворачивались в его стороны, только что не открывая рты.

Громадный полуголый, играющий стальными мускулами, за кушак которого были заткнуты предметы палаческого ремесла, перепоясанный многохвостым бичом, Торнан, надо полагать, производил неизгладимое впечатление на вчерашних деревенских увальней.

–Га! Ну чего, хлопцы, –а кому тут отрезать свежей мертвечинки фунт?! –зычно гаркнул он.